Татьянин день. Кристина привела этого человека, и все начали собираться вокруг — отец Люсии, дедушка и дети. Дети бегали между разбросанными флоксами, игнорируя попытки увещевания. Люся сидела на веранде, непринужденно улыбаясь, получая удовольствие от солнечных лучей. Этот день казался обычным, но уже через несколько часов жизнь в доме пошатнулась из-за маленького шалости Татьяны....
А самое главное, они же меняются постоянно! Мы-то своих водителей видим, знаем, на что обратить внимание, у кого какие слабые места… А когда у клиники такая текучка кадров, что новый терапевт каждые полгода, – ну помилуйте, о каком знании пациентов тут можно говорить?
Бабкин понял очень немногое из сказанного, но послушно кивал. Свидетеля, начавшего говорить, легче вывести на искомую тему, чем свидетеля молчащего.
– …так я о чем? – нахмурилась Ирина Михайловна. – А! Предрейсовый осмотр. Я как раз была в отпуске, и когда вернулась, Света сказала, что отправляла Богуна на флюорографию.
– Света – это Голикова?
– Да. Она сейчас в декрете. Но вам, наверное, нет разницы, курит водитель или нет…
– Нам все важно, – не покривив душой, заверил Бабкин. – Любая деталь может оказаться очень полезной.
– Например? – заинтересовалась врач.
– Например, слабый мочевой пузырь. Кажется, ерунда, а на самом деле мы отсеиваем таких сотрудников. Потому что если ему раз в два часа, извините, приспичило, у него внимание рассеивается, концентрация падает.
– Ваше начальство таких строгих правил? – усмехнулась врач.
– Начальству моему все равно, – махнул рукой Бабкин. – А вот я бы такого сотрудника не допустил. Если он при женщине, да к тому же проводящей осмотр, не может или не считает нужным сдерживаться, это говорит о слабом самоконтроле.
Ирина Михайловна пожала плечами.
– Я скажу, что он свинья и пошел вон, пока не научится приличиям.
– А мы перестраховываемся и считаем, что у него расторможенность в полный рост. Не контролирует себя, не может остановить навязчивых действий. Почесывание, ковыряние, подергивание ногой… Понимаете теперь, почему я говорю, что любые детали важны?
Ирина Михайловна покрутила в пальцах дужку очков.
– Я вас, кажется, поняла, – медленно проговорила она.
И задумалась. Бабкин понимал, что его взвешивают, и главная задача сейчас – не испортить впечатления.
– Ваш Богун мне не нравился, – вдруг сказала врач.
– Так… – осторожно начал Сергей после паузы. – Интуиция? Или были причины?
– Он подкатывал к Инночке Даладзе. Они даже встречались. Ну, это мои предположения, – спохватилась она.
