Татьянин день. Кристина привела этого человека, и все начали собираться вокруг — отец Люсии, дедушка и дети. Дети бегали между разбросанными флоксами, игнорируя попытки увещевания. Люся сидела на веранде, непринужденно улыбаясь, получая удовольствие от солнечных лучей. Этот день казался обычным, но уже через несколько часов жизнь в доме пошатнулась из-за маленького шалости Татьяны....
Во время обеда Сергей заметил сидевшего наискось от них полноватого мужчину средних лет в рубахе с пятнами пота. Тот старательно прислушивался, притворяясь, что занят телефоном.
– Вася, это кто? – тихо спросил он у Петрищенко.
– Где? А, это Глеб Федоренко из Казани.
– Он ездил с Богуном?
– Навскидку не скажу… Вроде нет. Ты спроси у него, он мужик вменяемый.
Бабкин поблагодарил за содержательную беседу. И подсел к Федоренко, не забыв захватить со своего стола компот с булочкой.
Здесь его ждал сюрприз.
– Не знаю я никакого Богуна, – огрызнулся Федоренко в ответ на приветственную реплику Сергея.
Бабкин крайне редко сталкивался с хамством. Он не то чтобы опешил, но заинтересовался.
– Ты вроде был в «Ленинграде», когда Ибрагим меня представлял, – заметил он. – Да и парни говорят, что ты с Григорием знаком…
– Ну, знаком. – Федоренко пошел на попятный. – И что с того?
Бабкин пригляделся к нему. Пятна все шире расползались по рубахе. Если их появление можно было списать на горячий борщ, как и бисеринки пота над губой, то посеревшая кожа в эту картину не вписывалась.
То, что он сначала принял за грубость, было страхом.
– Все, что ты скажешь, останется между нами, – предупредил он. Прощально махнул рукой водителям, уходившим из столовой, и снова повернулся к мужчине. Теперь у Сергея не оставалось сомнений, что тот напуган до полусмерти.
– Чего еще… нечего мне говорить…
Бабкин оценил положение дел и вытащил из кармана пятитысячную купюру. «Как-то рано я перешел к подкупу», – сокрушенно подумал он.
Глеб помотал головой.
– Пойду я… – пробормотал он.
– Он тебе чем-то угрожал? – тихо спросил Сергей. – Глеб! Что тебе говорил Богун?"
"Но Федоренко, наконец, собрался с силами и поднялся. Всклокоченные волосы стояли дыбом над потным лбом.
– Ничего он мне… Я с тобой вовсе не… Ничего не было, понял?
Он торопливо ушел. Возле тарелки недоеденного борща осталась лежать пятитысячная купюра.
– Хорошо же сидели! – проворчал Сергей.
Он допил свой компот, с аппетитом сжевал булочку и стал размышлять, как ему раздобыть адрес или хотя бы телефон Инны Даладзе, бывшей подруги Богуна.
На следующее утро Бабкин топтался возле офиса «Агро-света» с восьми утра. Рабочий день офисных сотрудников начинался в девять, но он не хотел пропустить Инну.
Накануне он узнал ее телефон у одного из водителей. Однако разговор с девушкой его обескуражил.
«Мы общались в офисе, – нервно сказала Инна. – Мне больше нечего добавить».
