Автор
Новый роман Елены Тодоровой - "Люби меня" – это штрих за штрих в драматической истории о работе официанткой в забегающем на взлет бар. Яростный стакан наполнен грезами и желаниями, а подносы с холодными бокалами — лишь повод для бесконечной игры в поддавки между желанием быть любимой и страстью к работе....
– Что хотела? Давай говори!
– Да прекрати орать ты, – шиплю я, чувствуя, как тело охватывает дрожь. Он слишком близко. Нависая, будто перекрывает мне доступ кислорода. – Ты испортишь мою репутацию, идиот…
– Ты мою тоже, блядь.
– Каким это образом?
– Таким вот, – выталкивает вместе с таким усиленным вздохом, что мне за него на секунду страшно становится.
Кто знает, что принимал. Может, ему плохо?
Закончить эту мысль не успеваю, как Саша хватает меня за руки и, стискивая запястья, дергает на себя.
– Чего ты хочешь от меня?
– А ты? Чего ты хочешь?
– Я первый спросил.
– Тогда… – мямлю я. – Хотела тебя предупредить, что меня на выходных не будет в городке. У сокурсницы день рождения. Она позвала к себе. В деревню. Ее отец крутой фермер. Будет большая гулянка. Много наших едут. Мы будем спать в такой странной конструкции, где хранят сено… – сама не знаю, зачем столько информации выдаю.
Саша заставляет меня сильно нервничать. Настолько, что, не держи он меня, я бы, наверное, просто убежала.
– Что? – он вдруг бледнеет. Голос сел до хрипа. Я снова начинаю волноваться, что с ним что-то не так. – Какая деревня? – выдает все еще сипло. Моргает. Сглатывает. Вдыхает. Выдыхает. И сразу жестче и громче повторяет: – Какая, на хрен, деревня?
– Говорю же, день рождения у подруги…
– Нет, блядь… Какого хера, Сонь? Ты издеваешься? – выпаливает так быстро, что я осмысливать не успеваю. – Я не разрешаю тебе никуда ехать.
– В каком это смысле ты мне не разрешаешь? – на нервах смеюсь. Ушам своим не верю потому что. Наверное, это мне плохо! Я что-то снова не то придумала. – Прикалываешься, что ли?
Саша закусывает губы и, вскидывая подбородок, с подобным моему потрясением, мотает головой.
– Нет, Соня, – пронизывает таким взглядом, что у меня внешнее возгорание случается. – Я, блядь, серьезно сейчас. Никуда ты не поедешь.
– С чего это? – рычу от возмущения, пока он подтягивает меня еще ближе к себе.
– Да, блядь, моя, – смеется вдруг он, не переставая жечь яростным взглядом. – Пока мы вместе, ты принадлежишь только мне.
– Что за дурацкие диктаторские повадки? – искренне возмущаюсь я. – А ты, стало быть, мне?! – по его лицу ответ читаю. – То-то же! Мы не вместе, Саш! Я твоей собственностью быть не подписывалась, – наконец, отталкиваю.
