Автор
— Лахлан, ты еще жив? Сомнительно. Боль от раны теперь скорее надоедала, чем мучила. Он лежал на земле, кровь впитываясь в зеленый корн. Понимал: гордость Макгрегоров погибла, когда они вынуждены присоединиться к обычным грабителям — несчастье, что Лахлан сам на это наткнулся....
Их план сработает, не может не сработать! Другого варианта… просто нет. И когда все будет позади, она сможет снова сосредоточиться на том, ради чего сюда приехала: на выборе мужа.
По правде говоря, Джеймс Трэверс, усаживая ее за стол, наклонился к ней и прошептал, что хочет завтра поговорить с ней наедине — по очень серьезному вопросу. Кимберли почти не сомневалась в том, что он собирается сделать ей предложение. Уже сама эта мысль должна была бы привести ее в восторг. А она вместо этого предавалась размышлениям о своем разговоре с Эйблзом и о том, как убедить Меган принять свой план.
Но теперь, когда разговор с герцогиней был уже позади, можно было подумать о Джеймсе — и Кимберли не могла понять, почему перспектива стать его женой не приводила ее в восторг. Они идеально подходят друг другу. Она не сомневалась, что может найти с ним счастье, — ну, почти не сомневалась. И отец будет чрезвычайно доволен: у него не найдется никаких возражений против ее выбора.
Конечно, оставался еще и Говард Кэнстон, который, похоже, забыл о своем предыдущем флирте и выказывал в последнее время большой интерес к ней.
"Немаловажный факт — по крайней мере для нее. Относительно Джеймса и Говарда она могла не бояться, что их интересует только приданое, которое они получат от ее отца. Кимберли может уже после свадьбы сказать им, если пожелает, насколько она на самом деле богата.
Вечером, вернувшись к себе в комнату после разговора с Меган, она раздумывала, что скажет наутро Джеймсу, когда…
— Ты стала поздно возвращаться, Ким.
— Боже правый! — ахнула она. — Испугали меня до смерти!
Из темноты раздался смешок:
— Ох, этого я не хочу.
— Да неужели? — пробормотала она, осторожно направляясь к камину за горящей веточкой, чтобы зажечь лампы.
Она без труда определила, кому принадлежал голос из темноты.
— Прячусь? Нет, я просто дожидаюсь, — сказал он и объяснил:
— Я хотел тебя увидеть, пока ты не легла, чтобы ты рассказала мне новости. Поэтому пришел сюда и ждал.
— Увидеть меня? — переспросила она, зажигая первую лампу. Оглядевшись, она обнаружила его в удобном кресле у окна. — Ну вот вы меня и видите.
