Автор
— Лахлан, ты еще жив? Сомнительно. Боль от раны теперь скорее надоедала, чем мучила. Он лежал на земле, кровь впитываясь в зеленый корн. Понимал: гордость Макгрегоров погибла, когда они вынуждены присоединиться к обычным грабителям — несчастье, что Лахлан сам на это наткнулся....
Когда та вышла в коридор, девушка шепотом сообщила ей:
— Я убираюсь в комнате вашего отца и бываю очень рада, когда он не… Ну, он сегодня там, но меня не впускает и даже не отзывается, когда я стучу. Но я же знаю, что он там, потому что слышу, как он плачет за дверью.
— Плачет?
— Да, мэм.
— Плачет?!
— Да, мэм, — повторила девушка, кивая, словно это должно было рассеять все сомнения Кимберли.
Но, конечно, не рассеяло. Кимберли не поверила служанке — надо самой увидеть и услышать. Какая чушь! Скорее всего в спальню отца случайно попала кошка и теперь просится, чтобы ее выпустили.
— Хорошо. Как только переоденусь, пойду и посмотрю, в чем дело, — пообещала она. — Спасибо, что сказали.
Кимберли не стала спешить. Все это казалось абсурдным. Закончив с миссис Кэнтерби, она решила не утруждать себя: комната отца находилась в другом крыле огромного здания Шерринг-Кросса, и идти туда было неблизко.
Так что Кимберли все-таки отправилась к отцу. Оказавшись у двери, она прислушалась — и не услышала ни звука. Негромко постучала, но не получила ответа. Тогда она чуть приоткрыла дверь, ожидая, что кошка мгновенно выскочит в щель. Ничего не произошло. Кимберли приоткрыла дверь чуть пошире и увидела отца. Он сидел в кресле, прикрыв глаза рукой."" На нем был халат, словно, встав утром, он даже не потрудился одеться.
Кимберли была удивлена и даже чуть встревожена. Если он на самом деле плакал… Невозможно поверить, но…
— С вами все в порядке? — нерешительно спросила она.
Граф вздрогнул и посмотрел на дочь. Глаза его были покрасневшими, но сухими. Если он и плакал, то, видимо, уже справился с приступом слабости.
— В порядке? — агрессивно переспросил он. — Конечно. Почему со мной может что-то случиться? — невнятно пробурчал он.
Кимберли недоуменно уставилась на него.
Граф Эмборо был пьян! Невероятно. Сесил Ричарде никогда не злоупотреблял спиртным — скорее напротив. Он позволял себе выпить за столом всего одну рюмку вина, не больше. И одну рюмку с гостями.
Кимберли никогда не видела его таким. И сомневалась, чтобы кто-то видел. Это был уникальный случай, неожиданный — и любопытный.
— Почему вы пьете среди дня? — не удержалась она.
