Автор
— Лахлан, ты еще жив? Сомнительно. Боль от раны теперь скорее надоедала, чем мучила. Он лежал на земле, кровь впитываясь в зеленый корн. Понимал: гордость Макгрегоров погибла, когда они вынуждены присоединиться к обычным грабителям — несчастье, что Лахлан сам на это наткнулся....
Но ее недовольство мгновенно испарилось: она обнаружила, что дверь в комнату Лахлана распахнута настежь, и у входа стоит герцогиня Ротстон, заламывающая руки, кусающая губы и вообще являющая собой воплощение отчаяния.
Кимберли тут же присоединилась к Меган, заглянула в комнату — и не поверила своим глазам. Герцог Ротстон зверски избивал Лахлана. А упрямый шотландец не хотел лежать на полу, чтобы избиение закончилось. Хотя оно вряд ли бы закончилось: герцог был в ярости. Однако это предположение оставалось чисто абстрактным, поскольку Лахлан поднимался всякий раз, как герцог сбивал его с ног.
Кимберли содрогнулась, представив, как ему больно, наверняка голова у него раскалывалась.
Теперь она уже окончательно проснулась и возмущенно спросила:
— Что тут происходит, позвольте узнать? Меган испуганно подскочила — она не заметила Кимберли — и, прищелкнув языком, ответила:
— Знаете, мне даже начал нравиться этот шотландец, когда перестал мне надоедать.
Кимберли, опешив, только недоуменно моргала, потом ахнула:
— Воровством?! Вы хотите сказать, что он украл что-то в Шерринг-Кроссе? Меган кивнула:
— И не просто «что-то», а одного из наших лучших жеребцов и двух племенных кобыл. Совершенно очевидно, что он хотел начать свой собственный завод — видимо, чтобы выйти из финансовых затруднений.
Кимберли собралась подтвердить, что это действительно было не нужно, зачем Лахлану идти на такой риск? Но ее отвлекло новое падение. Лахлан отлетел к стене рядом с окном. Штора была отдернута — должно быть, Девлин отдернул ее, чтобы лучше видеть, куда бить шотландца. Отлети Лахлан всего на фут левее, он попал бы в окно и сильно порезался.
Кимберли вышла из себя.
