Мама минуту назад разминулась, спускаясь вниз для развески белья. Я сдавливаюсь еще глубже в матрас, стону от усталости, а она все продолжает разминаться вокруг меня. Внутренне понимание и терпение помогают мне пережить это. Это описание создает душевную теплую атмосферу обычной сценки из повседневности, но с добавленными эмоциями и деталями, которые придают жизнь рассказу....
Плевать, что звучу действительно как зануда. Меня правда это беспокоит.
– Ну, не сердись, – Бусманова меняет тон на умилительное улюлюканье. – Я буду аккуратнее.
– Ага. Один день.
– Ну, Маш… Кстати, ты же с нами поедешь на днюху к Алине? – Поймав мой взгляд, спешит заверить: – За рулем будет Женя.
– Еще не решила.
– Но ты же идешь?
– Иду.
– Уже хорошо! Будет круто.
Свободно выдыхаю, только когда благополучно добираемся до университета. Аня занимает место на парковке. Поворачиваемся друг к другу и одновременно выпаливаем:
– По поводу свадьбы…
– По поводу вчера…
– Ладно, ты первая, Маш, – она, вроде как, только рада отсрочке.
Я на этом не зацикливаюсь. Потому как все, о чем могу думать – снова Ярик.
– Градский… Он и Овсянникова… – не хватает сил закончить вопрос.
Однако Бусманова понимает, что меня интересует.
– Ушли вместе, – выдыхает голосом, полным сочувствия. – Мне очень жаль.
– Я знала. И… я готова. Неважно уже.
Нет, не готова. Новая вспышка боли грудь вскрывает.
«Маруся… Маруся…»
Вот и все. Все.
– Я еще хотела тебе сказать… – мнется подруга, а это ей совсем не свойственно. – Это не мое решение. Женя, блин! Он попросил Градского быть свидетелем. Я только час назад узнала! Он сам… После того, как рассорился с Виталиком, не мог решить, кого позвать. А тут Град… Они ведь дружили всегда..
– Нет, конечно, не откажусь. Это… Ничего не меняет. И вообще… Пфф…
Откуда еще эта бравада берется? Внутри ничего живого не осталось.
– Может, это поможет вам помириться…
– Конечно же, нет. Как ты это представляешь? После Овсянниковой?
Аня тушуется и взгляд отводит.
– Я не знаю. Просто очень расстроена.
– А я – нет! – снова вру. Похоже, совсем скоро это войдет в привычку.
– Правда? – Бусманова буквально челюсть роняет.
– Не слышала, Амир будет сегодня у Алины?
– Ты серьезно? Амир?
Выдерживая самый невозмутимый вид, пожимаю плечами.
– Он довольно симпатичный. И давно в меня влюблен, – веду холодный расчет. – Думаю, мне нужен кто-то такой.
– «Кто-то такой» очень странно звучит, – никак не может прийти в себя подруга. – Он тебе никогда не нравился.
