Король Георг, страстный любитель магии, встречает девушку, которая становится его фаворитой вопреки его ожиданиям. Знакомство приводит к катастрофе, меняющей судьбу обоих. Во второй части серии героиня вынуждена принять свою роль при дворе и разобраться в опасных магических интригах,...
Раздел Chitat.online для книги «Любимая адептка Его Величества. Книга 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Король Георг, страстный любитель магии, встречает девушку, которая становится его фаворитой вопреки его ожиданиям. Знакомство приводит к катастрофе, меняющей судьбу обоих. Во второй части серии героиня вынуждена принять свою роль при дворе и разобраться в опасных магических интригах,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Король Георг, страстный любитель магии, встречает девушку, которая становится его фаворитой вопреки его ожиданиям. Знакомство приводит к катастрофе, меняющей судьбу обоих. Во второй части серии героиня вынуждена принять свою роль при дворе и разобраться в опасных магических интригах,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Любимая адептка Его Величества. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы спустились на несколько пролётов, прошли очередным коридором, и уже там, на приличном удалении от входа, я увидела то, к чему так глупо рвалась.
На стенах, сложенных из крупных булыжников, висели обычные для этого мира магические светильники. Вокруг светильников камни были влажными, но чистыми, а вот дальше – мрак.
Живность разной степени противности не то чтоб кишела, но каракатиц, многоножек и слизней было достаточно. Причём последние, кроме прочего, отличались по цветам.
Я скривилась. Дружба дружбой, но объяснить себе зачем я тут не получалось. Мне требовалась цель! Нечто, что будет мотивировать на трудовой подвиг, и вообще.
Так родилась идея:
– Давайте соберём столько, чтобы лекари с алхимиками взвыли от количества материала? Чтоб их завалило?
Псих хмыкнул и тут же крылья этой моей мечте подрубил:
– Не взвоют. Не завалит. Всё лишнее они законсервируют и уберут в хранилища. А хранилища у них большие.
Сразу стало кисло. Поэтому я просто взяла пинцет, стеклянный бидон, и шагнула к стене.
Парни объяснили, что сначала собираем всё, а потом сортируем и распихиваем по другим банкам. При этом желательно уничтожать кладки непосредственно слизней – они похожи на маленькие белёсые пятна и располагаются прямо на камнях.
Я начала. Едва прихватила пинцетом первого непонятного жука, услышала:
– Марго, где ты сегодня пропадала?
Спрашивал Псих, и ему я ответила то же, что Джиму, проявившему любопытство сразу после обеда, на лекции:
– Прости, не могу сказать. Там всё сложно.
Лим понятливо кивнул и с тяжёлым вздохом шагнул к другому участку стены.
Время превратилось даже не в кисель, а в нечто куда более вязкое. Я ловила живность, сбрасывала её в бидон, и ничего не менялось, финал наказания так и не наступал.
Набрав треть бидона, я поинтересовалась сколько времени прошло. Оказалось час. Всего-то!
А самое неприятное – настроение моё не улучшалось. Я-то думала, что монотонная специфическая работа поможет прочистить голову, отвлечёт от всякого рода мыслей, но нет.
Настроение стало ещё хуже, зато от вида слизней уже не тошнило. Один раз я слишком сильно сжала пинцет, и захваченное насекомое лопнуло. Во все стороны брызнул остро пахнущий сок.
– А вот так лучше не делать, – прокомментировал МикВой. – Если раздавить слишком много, мы тут задохнёмся.
Я понятливо кивнула и продолжила наполнять тару. Догадываюсь, какие сны будут видеться мне сегодня. Не Георг с вытянутыми трубочкой губами, а ползающие по камням жуки.
Спустя два часа работы на благо Академии, настроение моё окончательно сдохло. Внешне я держалась спокойно, а внутри бурлила, гоняя по кругу весь запас нецензурных слов.
Главным объектом молчаливой ругани был Тонс.
