В этом балу особое торжество: каждая женщина превращается в сияющую невесту. Здесь красота и благородство сочетаются с неиссякаемой игрой красок и моды столицы. Каждый наряд, каждый взгляд — кульминация летних забав, где молодые дамы стремятся понравиться своему возлюбленному или выбрать подходящую партию....
«Дэнби с меня шкуру спустит!» - успел подумать Энтони, после чего застыл, глядя, как его друг и несостоявшийся жених Агаты сошлись в центре ринга."
"«А ведь Дор ее любит», - понял Олридж истину. Только это могло объяснить желание Фэлтона подставить себя под удары судьбы в виде Персиваля Уитни.
Перси первым нанес удар. Бил он резко. Действовал быстро. Дориан успел уклониться и скользнул в сторону, развернувшись к противнику всем корпусом. Несмотря на то, что Фэлтон не был поклонником этого вида единоборства, драться он умел.
Что-то подсказывало ему, как важен этот бой. Не для него самого и даже не для его чести, а для Агаты. И, возможно, для самого Персиваля. Было что-то в Уитни похожее на внутреннюю борьбу, и Дориан вдруг понял, что Перси не так плох. Что для него есть шанс стать лучше. И он, Фэлтон, сейчас может подарить Персивалю этот шанс. Но только победив внутренних демонов Уитни.
Перси атаковал снова. Бил он мощно, хлестко. И несколько минут Фэлтон только и выставлял блоки, пытаясь понять тактику Уитни.
Толпа сначала молчала, удивленная появлением такого неожиданного бойца, затем все вернулось в свою колею и вскоре Дориан услышал, как его начали подбадривать. Видимо, решили, что не противник он против Персиваля.
- Дор! Дор! – Фэлтон различил в сонме голосов крик Энтони. – Вмажь ему посильнее! – заорал Олридж и Дориан мысленно рассмеялся, поражаясь, как общее настроение влияет на его друга.
- Что? Это все, на что ты способен? – удар Персиваля задел скулу. Фэлтон качнулся назад, глядя в сверкающие от злости и какого-то отчаяния глаза противника. – Только и можешь, что блокировать у…
Слова оборвались, так и не сорвавшись с губ Уитни. Дориан сделал резкий выпад и джентльмены, окружившие ринг, одновременно охнули.
Тони протер глаза и удивленно моргнул, глядя, как Дориан наступает на Персиваля, как бьет, четко и быстро, нанося удар за ударом, каждый из которых попадал в цель.
Крик поднялся такой, что впору было закрывать уши. Но тут Олридж вдруг понял, что и сам кричит. Более того, он прыгал, словно молодой заяц, неотрывно глядя на друга, которого словно бы видел впервые.
- Так его, Дор! Так! – кричал Тони и сам не верил своим ушам не узнавая себя, обычно такого сдержанного и спокойного.
