Автор
Рейн Кендалл погружается в роль доминанта для вырваться из глубокого рабства к своему старому боссу Макене Хаммеру. В стремлении заставить его обратить внимание на ее независимость и желания, она забывает о своих чувствах, открываясь новым взгляду на власть и собственную сексуальную истину....
Она почувствовала, что натворила что-то более весомое, чем просто испачкала пол, который теперь убирала. Горло сжалось, и она непроизвольно сглотнула.
Почему бы этому проклятому полу не провалиться прямо под ней и не проглотить целиком? Почему она продолжает унижаться перед этим мужчиной? Он всеми возможными способами старался донести до ее сознания, что не заинтересован в ней. Он, возможно, даже не удивится, если ему придется выучить греческий или клингонский, чтобы заставить ее это понять.
- Неуклюжая девчонка.
Закатив глаза, Марли переступила через Рейн и вышла из кабинета Хаммера, направляясь в частную спальню, находящуюся где-то в коридорах клуба.
- Марли, - резко позвал Хаммер.
- Твое поведение, выходит за рамки надлежащего для истинного сабмиссива. Я что, зря тренировал тебя? Сию же минуту извинись перед Рейн.
Его строгий, не позволяющий расслабиться, голос, заставил Рейн нервничать. То, что приказ предназначался другой женщине, заставило ее почувствовать еще больший дискомфорт.
Марли хрипло пробормотала:
- Да, любимый. То есть, Сэр. Прости меня, Рэй-Рэй.
Рейн чуть не стошнило на тысячи-долларовые кристально-острые шпильки этой сучки. Она подняла взгляд и заметила, как длинноногая блондинка посылает Хаммеру воздушный поцелуй и скрывается в коридоре.
Рейн резко опустила глаза и сосредоточилась на вытирании пола.
Что Хаммер нашел в этой суке? Ну, за исключением высокого роста, модельной фигуры, идеального тона кожи и блондинистых вьющихся локонов, спускающихся до самой ее задницы.
Рейн отбросила в сторону прядь черных, словно вороново крыло, прямых волос и уставилась на свои бледные руки с короткими ногтями. Ей захотелось расплакаться.
Хаммер опустился на корточки рядом с ней.
- Рейн? Давай я принесу тебе полотенце, прелесть.
- Спасибо.
Ее голос звучал слабо, словно хрупкое стекло, готовое вот-вот разбиться. Он на секунду задержался, прежде чем направиться в свою ванную.
Как только он ушел, она с трудом сдержала всхлип, но не смогла удержать обжигающую слезу, скатившуюся по щеке и упавшую на пол.
Пока она справлялась со своими эмоциями, ей пришлось признать несколько очевидных фактов. У Хаммера и без нее были сабы, готовые упасть перед ним на колени и выполнить любую его прихоть.
