Автор
Никон Барсов всегда чувствовал себя изгоем в своем маленьком городке, постоянно ища уединения. Мрачен и незаинтересованный, он сражался со всеми мальчишками, стремясь заработать уважение и страх среди подростков. Отстраненный от друзей и семейных связей, он оставался одиноким бродягой в глазах соседей и сам по себе....
Мне хотелось обнять её, вновь ощутить её нежность, тепло, запах, чтобы получить необходимую дозу этого наркотика!
Прохожу в комнату, тихо открываю дверь и застываю в проёме, разглядывая раскрытое тело девушки, в одном нижнем белье. Красивые изгибы, длинные ноги, узкая талия и грудь…большая, манящая, так и хотелось узнать, какая она на ощупь. Какие у нее соски, и как она будет реагировать на моё прикосновение…губ, языка, пальцев!
Завожусь с полуоборота. Достало.
Хочу её…
Сейчас…
Пока думаю об этом, Дина начинает неспокойно ворочаться.
— Нет!!! Нет!!! Нет!!! — и мечется на кровати, словно на неё невидимый демон напал. — Не трогай меня! Отпусти! — кричит, и я срываюсь с места.
— Дина? — говорю я, ухватив её за плечи, но она ещё сильней отбивается, царапает меня ногтями, бьется, словно от этого зависит её жизнь. — Успокойся! — кричу, встряхивая, и она затихает.
Вижу в полумраке, что открыла глаза, смотрит на меня испуганно и дышит часто-часто.
— Это я — Ник, — тихо говорю. — Успокойся. Всё уже хорошо, — добавляю, и она, всхлипнув, начинает громко рыдать.
Прислоняется ко мне, обхватывает за шею двумя руками, словно котёнок, которого в воду собирались окунуть, и плачет на разрыв…
Глава 17.
Кошка.
Он поймал меня, вновь. Пришёл ко мне домой, скрутил руки за спиной, начал душить. А после чего бросил на кровать и приступил расстегивать пояс штанов…как в первый раз.
— Вот ты и попалась. Я говорил, что найду тебя, — хрипит он, одаряя меня гадкой ухмылкой.
— Не трогай меня! — кричу, пытаясь вырваться, оттолкнуть, но всё тщетно, он сильный, удерживает меня, совсем не напрягаясь.
Расстегивает ширинку, достаёт уже возбудившийся орган и, намотав мои волосы на кулак, опускает голову вниз. Упираюсь, как могу, царапаюсь, сопротивляюсь, а тело всё болит, ноет, не слушается.
— Один раз — и станешь как послушная овечка! Все сначала сопротивляются.
Мне удаётся освободить руку, схватить насильника за бедро и вонзить ногти. Он вскрикивает и отпускает меня, я отстраняюсь от него, падаю на пол, а он вновь нападает. Кричу, вздрагивая всем телом, и открываю глаза.
— Это я — Ник! Всё уже хорошо, — говорит знакомый голос, и дымка постепенно развевается.
