Автор
Несмотря на тихую и унылую музыку, светло-серый интерьер комнаты, где Света сидела в полумраке, не способен был её оттеснить. Вокруг только серые стены и фотографии - свадьба под цветущими яблоневыми лепестками, друзья и молодожёны. Но что-то изменилось – это было видно даже в полумраке, настолько она привыкла к спокойной жизни, словно каждая новость вызывала сильнейший шок....
И снова глаза в глаза, губы по губам медленно, неспешно. Лепестки ромашек осыпались, и теперь кружились вокруг них, прилипая к коже. Оставаясь глубоко внутри, Сергей медленно вышел из воды и положил Инну на траву, выскользнул, навис сверху, покрывая лицо короткими, лёгкими поцелуями.
– Устал стоять? – всё ещё дрожащим, непослушным голосом спросила она, когда он остановился. Взгляд блестел в темноте, невероятно близкий, завораживающий.
– Лёжа удобнее, – хмыкнул он. Убрал влажную прядь, прилипшую к виску, обвёл контур скул кончиками пальцев.
– Надо же, – Инна улыбнулась, – ты научился говорить комплименты.
– Это не комплимент, – пробормотал он, целуя за ухом, обжигая ответом: – Это констатация факта."
"Оттянул острый сосок двумя пальцами, мягко погладил, выписывая круги по ареоле. Обхватил за талию и резко перекатился на спину, укладывая сверху.
– Ты же никуда не спешишь?
– Спешу? – Улыбка Инны стала обольстительной.
Небо начинало светлеть, над водой плыл туман. Горячая ладонь лениво блуждала от бедра по талии. Сергей лежал на боку, одна нога вытянулась между ног Инны. Не было сказано ни одного слова о будущем, зато очень много телами, губами, языком – о прошлом и настоящем. Обняв её, Сергей спросил:
– Замёрзла?
Инна молча покачала головой, крепко обняла в ответ, потёрлась носом о ключицу и с сожалением отстранилась.
– Я пойду первой.
Он потянулся за ней, сел, не отпуская руку, водя большим пальцем по центру ладони. Поднял глаза, ища хоть какой-нибудь ответ на так и не заданный вопрос. Она хотела улыбнуться, но губы лишь дрогнули в слабой попытке. Мягко освободила руку и вошла в воду. Когда он вернулся на берег, где они оставили одежду, тот уже был пуст. Только на его одежде лежала крохотная ромашка.
Глава 28
Яркое майское солнце играло на лепестках цветов, нагревало их сердцевины, заставляло благоухать сильнее.
