Автор
Лондон 1817 год — в воздухе звучит роскошь и изыск. Селена Эддингтон — хрупкая красавица с утонченными руками, всегда готова подчеркнуть свои элегантные манеры, предлагая Николасу бренди вместо рюмки. Здесь воздух наполнен легкой невинной опьяняющей атмосферой и тайной, в которой они оба погружены....
Испытывай ко мне ненависть, женщина. Презирай меня. Не выходи за меня замуж. Он хотел произнести это вслух, но, встретившись с ней взглядом, забыл обо всем.
Уже не отдавая себе отчета в том, что делает, Николас поцеловал девушку, и ее нежные губы раскрылись. Он вновь ощутил их сладкий вкус. Огонь пробежал у него по жилам, и он с силой прижал ее к дереву. Но даже этого ему казалось мало. Ему хотелось слиться с нею…
— Лорд Монтьет, пожалуйста. Нас могут увидеть, — задыхаясь, прошептала Реджи.
Он чуть отклонился, чтобы видеть ее лицо:
— Не надо так официально, любовь моя.
Он сказал это с горечью или ей почудилось?
— Вы… почему вы согласились жениться?
— А почему вы этого хотели?
— Мне это казалось единственным выходом.
— Вы могли бы и так выкрутиться.
— Выкрутиться? А зачем? Я же предупреждала вас о последствиях.
— Вы шутили! — сердито напомнил он.
— Да, поскольку тогда я не думала, что все выплывет наружу. О, я не хочу ссориться.
— Нет, — возразил Николас. — Вы можете расторгнуть помолвку.
— Почему я должна это сделать?
— Потому что вы не хотите выходить за меня замуж, Регина. Не хотите. — Затем он нежно улыбнулся, лаская глазами ее лицо:
— Вы хотите стать моей любовницей.
— На время, милорд? — спросила она.
— Да.
— И после наши пути разойдутся?
— Да.
— Не пойдет.
— Я же все равно овладею вами, — предупредил он.
— Да, после свадьбы.
— Свадьбы не будет, любовь моя.
— Кажется, вы думаете именно так. Николас засмеялся. Она очаровательна! Правда, его смех тут же замер, как только он услышал за спиной знакомый голос:
— Не буду извиняться, Монтьет, поскольку мое вмешательство очень своевременно.
Николас выпрямился, и Реджи увидела дядю Тони под руку с какой-то дамой. О нет! Только не она! Николас придет в ярость, решив, что Тони нарочно привел Селену Эддингтон.
— Тони! Ты — в Воксхолл-Гарденз? — воскликнула она с наигранным изумлением. — Глазам не верю!
— Перестань смеяться, кошечка моя. Все только и говорят об этом оркестре.
Реджи затаила дыхание, когда взгляд Николаса остановился на бывшей любовнице, которая выглядела смущенной и рассерженной. Реджи пожалела бедную женщину, но и виду не подала. В конце концов именно Селена виновата в том, что имя Реджи стало предметом обсуждения для сплетников.
