Автор
Любимый футбольный игрок Форбса, Лиля, привыкла к быстрому темпу жизни. Теперь, когда рабочее время окончено, она чувствует себя свободной и может исследовать возможности за пределами работы — пока монитор не отвлекает ее взгляд.
Похоже, «Люблю тебя (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Вкусная, — хвалит и запивает чаем.
— В этой шоколадной конфете нет ни грамма шоколада, потому что она из самого дешевого супермаркета у дома. А еще она только что побывала на полу. Долларовые миллионеры такое не едят.
Пожимает плечами.
— Я ем.
— Ты точно долларовый миллионер? — недоверчиво прищуриваюсь.
— Не знаю. Журналистам из Форбса виднее, сколько у меня денег. Можно мне еще одну конфету?
Я бы придушила его за этот троллинг. Но почему-то начинаю громко смеяться. Самый высокооплачиваемый футболист нашей страны, победитель Лиги Чемпионов, главный нападающий сборной России сидит на моей кухне на отшибе Москвы, пьет чай с водой из-под крана и ест дешевые конфеты.
— Можно, — разрешаю, смеясь.
Никита тянется к вазочке и берет новую конфету. Я медленно расслабляюсь. Опускаюсь спиной на спинку стула, вытягиваю под столом ноги и тоже делаю глоток из кружки.
— Так что там с смс?
— Это точно был не фан-клуб, — Никита тоже становится серьезным. — Угрозы стали поступать, начиная с 22 октября.
Глава 17. До никогда
Лиля
— Не знаю. Я не помню, что было в тот день.
Я не обращала внимания на точную дату, когда поступила первая угроза. Я вообще не отличала оскорбления от угроз. Для меня это было одно и то же.
— Надо вспомнить, Лиль. Это может быть важно.
Задумываюсь. Конец октября. Мы с Никитой уже встречались, я ходила на его матчи. Иногда мелькала по телевизору на трибунах. Тетя Женя вовсю меня ненавидела и ревновала к тому, что мне Никита разрешает приходить на его игры, а ей нет.
— Наверное, в конце октября мы заявили широкой общественности о том, что мы вместе, — выдвигаю предположение. — Помнишь, ты давал интервью какому-то спортивному СМИ, тебя спросили про личную жизнь, а ты ответил, что у тебя есть девушка, и ее зовут Лилия?
Никита возводит глаза к потолку.
— Да… Помню, — отвечает не очень уверенно. — А что это было за газета?
— Не помню название, ты много кому давал тогда интервью.
— Думаешь, нападение на тебя было связано с тем, что мы официально объявили себя парой?
— Я не знаю, с чем было связано нападение на меня, Ник, — горько ухмыляюсь. — Очевидно, с тобой.
Никита моментально грустнеет.
— Да, со мной, — соглашается с горечью в голосе. — И я ума не приложу, кому и зачем это понадобилось.
