Корм приняла с благодарностью, а потом провела нас к одной из будок, у которой лежал одноглазый пес, уронив морду на лапы.
— Привет, дружище! — Алиса наклонилась и ласково почесала его за ухом."
"Собака не возражала, и, казалась, тоже была рада визиту Малыгиной. Начала облизывать пальцы девушки и довольно поскуливать.
— Мы прогуляемся с ним? — спросила Алиса у рыжеволосой женщины.
— Конечно. Отчего ж нет? Только он хромает шибко, — отозвалась та. — Но ничего, ногу же надо разрабатывать, верно?
Алиса освободила пса от цепи, и тот, не наступая на правую заднюю лапу, поплелся за ней.
Я присел на некоторое подобие лавочки и закурил, наблюдая за тем, как Малыгина подбадривает своего мохнатого друга. Тот даже пробовал играть с ней, подпрыгивал на трех здоровых лапах, вилял хвостом и заглядывал Алисе в лицо своим серым глазом.
Девушка звонко смеялась, глядя на эти попытки живого существа вести нормальную жизнь, несмотря на трагическое прошлое. Пес, очевидно, был еще совсем молодой, хотя вид у него был изрядно потрепанный. Чувствовались его юношеский настрой и непосредственность.
Когда Алиса присела рядом со мной, он пристроился неподалеку и преданно уставился на нее.
— Еще один сраженный твоим обаянием парень, — усмехнулся я, осторожно запуская руку в его шерсть.
— Мне с ним так хорошо, — выдохнула она. — Как бы я хотела взять его к себе.
— А что мешает? — спросил я, почесывая пса по спине.
— Ну… Я не знаю, как родители отнесутся. И сестры. Они у меня не такие. Не очень любят животных.
Пес будто понял, что речь шла о нем и начал издаваться негромкое тявканье, как бы участвуя в разговоре.
— Я думал, у большинства людей, живущих в частных домах, есть собаки, — сказал я.
— Ну вообще да. Действительно, почему у нас никогда не было пса? — задумалась Алиса. — Наверное, потому что в детстве мы с сестрами никогда не просили домашнее животное. Нам хватало друг друга.
Я молчал. На самом деле все это время мой язык так и чесался спросить Малыгину о ее отношениях с тем мальчиком-с-иголочки, который увез ее сегодня из школы. Но я сдерживался. Не хотел, чтобы она поняла, что я только об этом и думаю.
— Как ты считаешь, что является первым признаком цивилизации? — вдруг спросила Алиса.
— Эм… Орудие труда? Заточенные для охоты камни? Глиняная посуда? — немного подумав, принялся гадать я.
— Нет, — покачала она головой. — Хотя, признаться честно, я тоже так в начале думала. Но потом я прочитала статью, в которой было сказано о том, что первым признаком цивилизации была бедренная кость.
— Не понял, — нахмурился я.
— Бедренная кость человека, которая была сломана, а потом срослась. Если животное ломает ногу в дикой природе, оно обречено на смерть, так как не может передвигаться, охотиться, добраться до воды.