Ты так от меня не уедешь, понял, скотина!!!"
"– Понял, – он шептал, глядя совсем ошалевшим взглядом, – это ты скотина, до последнего тянул, ёбаный ты придурок, я думал, не дождусь!!!
– А ты хотел, да? – я опрокинул его на кровать, что-то скинув и, кажется, рассыпав. – А ты хотел, – я засунул руку ему в джинсы, бля, какие они узкие, – это же для тебя нормально, да? Взять и перепихнуться, это же для тебя нихуя не значит!
– А для тебя… Значит? – он лежал, задыхаясь, расстегивая мне рубашку. – А ты… только что… по большой любви, да?
– Сука, убью тебя! Точно убъю! – мы мешали друг другу, он пытался снять с меня рубашку, я стягивал с него свитер. – Как же я тебя сейчас ненавижу…
– Я тебя тоже…
Макс обхватил меня ногами и прижался, кусая за плечо. Я расстегнул на нём джинсы, меня уже трясло. Я его прямо сейчас… Прямо сейчас!
– Бдамс! Бдамс! Бдамс! – в дверь постучали и я соскочил, как ошпаренный кот. Блядь, кого там несёт?!
– Эй, Веригин, Комнин, вы там?! – Вовчик, вот умеет он выбирать момент, чтоб его! Макс тяжело дышал и был вообще в неадеквате – сидел такой, полуголый, с расстёгнутыми джинсами, с блестящими губами, мокрыми пятнами на груди и шее… Ёпт, какой же он сейчас… Как же я его хочу, такого, вот такого вот!
– Да. Я. Тут, – мне и самому говорить было тяжело, воздуха не хватало, мы, кажется, весь его выдышали, а может он выгорел.
– А чё, бухать-то сегодня бухнём?
Алкаш ёбаный, тебе лишь бы побухать!
– Да! – я застёгивал рубашку. Да, проводить Макса, допить остатки всякого бухла, да, собирались. Как будто есть повод, как будто есть что-то хорошее в том, что он уезжает!!!
До вечера ведь ещё далеко?
Когда успело стемнеть, я не заметил. Просто раз – и за окнами уже темно, вещи с трудом запиханы в чемодан и сумку, кровати расставлены к стенкам. Мы – я, Игорь, Вовчик, Рэй и Банни сидели на них, на подоконнике, на притащенной откуда-то облупленной табуретке.
– Бля, завидую я тебе! А меня предки ни в какую забирать не хотят. Говорят: «Тебе это на пользу идёт, хлебнёшь плохой жизни, так будет с чем сравнивать, чтоб потом по дури не залезть никуда.»
– А ты бы не лез, – Макс развалился на полкровати, втиснув ноги между стеной и моей спиной. В руке у него была кукольная чашечка – та самая, но я следил, чтобы он сильно не напивался. Внутри что-то подрагивало – холодно так и нетерпеливо.
– Да я, блин, не лез. Это тренер, я же ему, пидору старому, верил, а он, блин…
Историю Вовчика я знал наизусть, но пересказывать ему её никогда не надоедало. Про то, как его любимый тренер предложил ему подзаработать, толкая среди остальных парней, особенно тех, что помладше, какую-то хрень, как выяснилось, что эта хрень далеко не безобидная, и как Вовчика прямо из-под носа комиссии по делам несовершеннолетних отправили сюда, а его родаки с ног сбились, раздавая взятки.