Он даже в школе учился той, где Макс сейчас учится (блядь, иногда мне хочется прибить Игоря!). Игорь, правда, натурал… А Вовчик, падла такая, бисексуал! Это же, блядь, надо! Интересно, а другие такие у нас тут ещё есть? Да есть, это стопудняк. Кроются, тихарятся… А хочется. Как мне теперь – того же Вовчика или Игоря. Раньше в голове какой-то барьер был, нельзя и всё тут. А теперь, после всего, он делся куда-то. Да. Но Макс, Макс…
Вечером мы пошли в спортзал. У меня было очень странное чувство. Тогда, ночью, когда я зашёл сюда и сооружал петлю, я не чувствовал ничего, кроме азарта. Как всегда, когда я делаю что-нибудь такое. Но теперь, когда мы вошли в зал, я щёлкнул выключателем и все посмотрели в одно место – туда, где раньше висели на растрёпанных стропах гимнастические кольца, у меня было очень странное чувство. Наверное потому, что я никогда не убивал взрослого. Да ещё и не для себя. Те, другие – это да. Долго потом я лежал и думал о том, что эти уроды поплатились. Те, кто сунулся ко мне тогда. Эта сволочь Арямнов. Но вот так… Взрослого человека… И не только ради себя – ради спокойствия Вовчика, я же его в это втянул. Ради Банни. Ради Макса – не знаю, что эта мразюка ему сделала, но намёки мне очень не нравились. Глядя на торчащие из потолка крюки, я вдруг подумал, что впервые сделал что-то такое, по-настоящему значимое и серьёзное. Да, именно так. Значимое и серьёзное. Не школьные разборки, не пацанские тёрки. Я спланировал и организовал убийство взрослого человека.
Остальные также таращились на крюки. Сегодня по такому случаю с нами попёрлись даже Пашик с Яшиком.
– А говорят, – Пашик задирал голову так, что чуть не налетел на Рэя, – училки требуют, чтоб Таракан сюда этого, как его, священника привёз. Чтоб он, короче, злых духов отсюда изгнал.
– Ага, а охотников за привидениями он не собирается вызвать? – заржал Вовчик, который просто обожал этот фильм, особенно момент с зефирным человечком, хотя, по-моему, что может быть гадостней. – Пым пырым-пырым, пырырырырырым… Гостбастерс! Виу-виу!
– Ой, да заткнись! Серьёзно, священника? – меня заинтересовала эта новость. – Они что думают, тут привидения заведутся? Блин, куда этот хрен убрал «блины»?
– Привидения, ага. Священники. Сказки, блядь, для бедных, – это вдруг Дёма прорезался.
– Ты щас к чему?
– Да так… – Дёма отмахнулся.
Мы достали штангу и гантели, и я выкинул из головы мысль о всякой ерунде, показывая Дёме, Пашику и Яшику, как именно надо с этими снарядами управляться:
– Нет, вот так… А так без толку ей махать, нужен жёсткий упор…
Потом в душе, когда я уже помылся, а вторая смена заступала, я тормознул Дёму.
– Что за хрень?
На ноге, там, под ягодицей, у него здоровенный шрам был. Не замечал раньше.
– Да так… Собаки порвали.
– Тьфу, бля, – собак я не особо люблю.