Однако это было ничто по сравнению с тем, что ждало ее впереди. Не имея другого выбора, кроме как выполнить его указание, она провела две или три самых неприятных минуты в своей жизни, окунувшись в ледяную воду озерца внизу водопада.
Спуститься с каменного выступа в воду было сродни геройскому поступку. Только сознание своей вины в том, что англичане смогли найти их, заставило ее это сделать. И она прыгнула. Сказать, что вода была холодной, – значит ничего не сказать. Казалось бы, обжигающий холод должен был затмить воспоминание о том, что произошло ранее. Однако Джанет никогда не забудет этого. Юэн показал ей, каким может быть райское наслаждение, и теперь ничто не заставит ее это забыть. И ужасно холодную воду.
Вынырнув на поверхность, Джанет принялась яростно тереть свои волосы и тело куском мыла, стараясь не только удалить «противный запах» колокольчиков, но и разогнать кровь, чтобы не замерзнуть до смерти.
Выбравшись на сушу, она не испытала облегчения. Ее зубы продолжали стучать несколько минут спустя, когда Юэн вернулся. Она не стала спрашивать, где он был, но, судя по его влажным волосам, он тоже искупался чуть ниже по реке.
Юэн окинул ее взглядом. Джанет не могла понять, был ли он доволен тем, что она его послушалась. Видно было только, что мучительное выражение исчезло с его лица и его черты снова превратились в непроницаемую маску.
Отсутствие у него эмоций вызвало досаду у Джанет. Как мог он быть таким невозмутимым, в то время как она продолжала испытывать волнение? Она поджала губы, и ее гнев затмил смущение.
– Тебе помочь? – спросил Юэн.
По-видимому, он заметил, что ей трудно одеваться. Ей удалось надеть одну из его рубашек и шерстяные штаны. При этом рубашка уже впитала влагу от ее мокрых волос, а пальцы не слушались, когда она пыталась натянуть лосины.
Джанет отрицательно покачала головой. В качестве предложения мира, – если оно было таковым, – этого недостаточно. Он отверг ее и оставил в таком ужасном положении. Она не позволит ему сделать вид, будто ничего не случилось. Можно подумать, что, одевшись, она сможет вычеркнуть из памяти то, что было между ними!
Она уже намеревалась снова завернуться в накидку, но Юэн ее остановил.
– Тебе нельзя надевать то, что ты носила прежде. Мы оставим эту накидку вместе с другими вещами.
– Но она принадлежит Йену. И она очень теплая.
Ей показалось, что Юэн чуть плотнее сжал губы.
– Маклин поймет. – Юэн снял свою накидку и протянул ее Джанет. – Можешь надеть мою.
Их глаза на мгновение встретились, и, казалось, в его взгляде было нечто большее, чем предложение тепла, но он сразу же отвернулся.
Она взяла накидку и быстро завернулась в нее, едва сдержав вздох облегчения, когда тепло окутало ее замерзшие конечности.