Откуда столько доверия?
Откидываюсь на спинку стула. Продолжаю наблюдать за киприотом.
Тот спокоен. Невозмутим.
– Ты знаешь, как я решаю вопросы, – подвожу итог.
Досье мое наверняка изучил. Понимает, что может вообще не выйти из этого кабинета. Нахуй мне теперь ликвидатор? Тут проблемы покруче нарисовались. Такое нужно на корню рубить.
– Знаю, – кивает. – Поэтому и предложил дружбу.
– Чего хочет твой босс?
– Я должен сказать, что за ликвидацию фирмы мало заплатить по счету. Есть еще одно пожелание. Сегодня в город вернулся человек, которого нельзя трогать. Он недавно освободился из тюрьмы.
Что за херня?
Такого ответа точно не ждал.
– Я не готов рисковать, – добавляет киприот. – Уверен, иначе мы бы не договорились и вы бы не приняли эти условия. Но теперь, когда вы в курсе полной картины, сдержать ярость будет проще.
– Откуда этот тип вышел? – чутье внутри обостряется, под ребрами будто когти скребут. – Из какой тюрьмы?
– “Яма”.
– Что, блядь? – оскаливаюсь. – Оттуда никого не выпускают. Там всегда билет в один конец.
– Мой заказчик серьезный и влиятельный человек. Для тех, кого он высоко оценивает, везде могут сделать исключение. Даже в “Яме”. Ошибка следствия. Было бы желание и ресурсы, а путь отменить статью и получить свободу найдется.
Я в курсе. Сам такое проходил. Но сука, не в “Яме”. Туда по таким статьям отправляют, что нихуя сделать нельзя. Назад не повернуть.
Кого же оттуда вдруг вытянули?
Ответ бьет в голову еще до того, как киприот сам все подтверждает:
– Вы хорошо знаете этого счастливца. Вы даже лично работали с ним десять лет назад. До его ареста за резню в центре столицы. Говорят, были друзьями.
Пауза.
– Дикий.
Кровь в затылок врезает. Кулаки сами собой сжимаются до хруста.
– Демьян Дикий.
Киприот продолжает говорить, но я больше не слушаю. Нутро переполняет дикая жажда убивать. Челюсти поскрипывают, а десна саднят.
Давно меня так не накрывало. Никогда не накрывало.
Были друзьями. Да. Были, блядь. Вышел, значит. Сука. Ну ничего. Недолго ему на свободе кайфовать. По ходу что Шейху, что Резнику придется в очередь встать. Да и той твари, которая меня прогнуть собирается, тоже теперь подождать надо.
Такой шанс. Довести до конца то, что десять лет назад не успел.
Запах крови уже дурманит.
– Я представляю, о чем вы сейчас…
– Нет.
– Я тоже терял близких людей. И если говорить о деле Дикого, то там все не так однозначно.
От последнего слова меня взрывает.
Встаю так, что стул отлетает назад. Перегибаюсь через стол и хватаю киприота за глотку. Рывком его на ноги вздергиваю.
– Там рядом фонтан был, – сквозь зубы бросаю. – В нем вода цвет поменяла. Кровь в трубы попала. После той резни много натекло. Бывалые менты внутрь клуба зайти не могли. На пороге блевали. Все там блядь однозначно.