Автор
Демьян — хмурая мозгица, но сегодня его трясут новые обязанности: он должен произнести речь на праздничном корпоративе в честь дня рождения компании. Встретил полный штаб-квартиры дебоширов и бабочек с конвертами под мышкой, чувствуя себя злым духом надзорной за всем этим весельем....
— Здесь такой большой каток!
— Миланка умеет? — спрашивает Демьян.
— Исчо как умею! — встряхивает кудряшками дочка. — Меня мама научила!
— Мы с ней кататься начали, как только она ходить научилась, — говорю с тайной гордостью. — Сначала на коньках, потом летом на роликах.
— Вот это да! — восхищенно восторгается Никита и поворачивается к жене. — Мы свою так же тренировать начнем, да? Она у нас уже плавает!
— И я плаваю, и я плаваю, — Миланка хлопает в ладоши и прыгает возле Демьяна.
— У меня брат такой как Миланка, — говорю Топольским, — мы с мамой их вместе в бассейн водили.
— У нас с Никитой тоже есть брат, Максим, — улыбается Маша, — ему четыре.
— Наши с Машей родители поженились, — объясняет Никита в ответ на мой непонимающий взгляд. — Мой отец влюбился в ее маму, и они наградили нас брательником.
— Он вылитый Никита, — добавляет Маша, с любовью глядя на мужа.
— Это все хорошо, ребята, — говорит Демьян, — но есть одна неувязочка. Я не умею ездить на коньках.
Миланка взбирается к нему на колени и крепко обнимает за шею.
"— Не бойся, папочка, — громко шепчет в самое ухо, — я ядом. Я тебя научу.
Глава 35
Демьян
Моя доченька сдержала слово. Надо было видеть, как она распереживалась, когда я наебнулся. Чуть не плакала. Еле ее успокоил.
Справедливости ради, наебнулся только один раз. Не такой я и кривоногий оказался. Как встал на коньки, так и поехал.
Но Миланка так рвалась меня научить! Разве я мог отказать дочке в удовольствии потренировать папу?
Послушно ходил с ней вдоль бортика, потом они с Ангелиной меня за руки держали и по катку возили.
Топольский тоже ржал как конь.
— Я на вас смотрю и хочу, чтобы моя скорее подросла, — сказал Никитос, отсмеявшись, — одно удовольствие за вами наблюдать.
Ангелина при этом так нежно мне улыбнулась, что сразу захотелось затолкать ее куда-нибудь в угол и поцеловать. Долго и глубоко.
Но куда затолкаешь, если вокруг каток? Пришлось ограничиться одним сдержанным поцелуем, но зато обнял.
Я теперь как больной — мне ее все время трогать хочется. Кожа на руках болит, если долго к ней не прикасаюсь. Пусть и через одежду. Хотя лучше было бы без нее.
А самый кайф я ощутил, когда одна пожилая женщина обернулась на нас и сказала:
— Какая красивая семья!
Мы как раз к бортику подкатили отдохнуть. Миланка с Ангелиной по бокам, за руки держат. Я всячески демонстрирую неуклюжесть и неповоротливость.
