Автор
Я давно забыла его, вычеркнула из памяти. Но он вновь настигает меня, как настоящий Демон.Он новый генеральный директор компании, а я теперь его секретарь.У Демьяна хранится запись, которую никто не должен увидеть. Я должна ее получить. Но что он потребует взамен?Я готова на все. И еще я должна хранить свою тайну. Демьян не должен знать, что у него есть дочь. Пусть даже ее фото теперь украшает логотип компании......
— Ни хуя себе, — медленно сказал, оценивающе глядя на меня. — Послушай, Демьян, скажи правду, что это за аттракцион неслыханной щедрости? Тебе не нужны деньги?
— Почему же, деньги всем нужны. Но я хочу завязать с прошлым. Этот бизнес, этот брак... Все, навязанное чужими решениями... Я заебался все это тащить за собой.
Игнат замолчал, потом усмехнулся.
— Не ожидал. Думал, ты будешь держаться за свою долю до конца.
— Ошибся. Мне важнее оставить все позади.
Игнат выдохнул, потер подбородок.
— Мы оба знали, что этот брак был ошибкой, — произнес он глухо.
Я кивнул.
— Я знаю. Мне тоже жаль.
Он на секунду замялся, потом сказал:
— Рита уехала в Британию. Там ее никто не знает, она хочет начать заново. Возможно, это даже к лучшему.
— Возможно, — кивнул я. — Передай, что я желаю ей удачи. И... пусть простит меня за то, что я ее не любил.
Мы встали, снова пожали друг другу руки. Теперь можно было сказать, что почти по-дружески.
И когда я закрывал дверь его кабинета, кожей ощущал, что закрываю еще одну дверь в прошлое.
***
В кармане пиджака вибрирует телефон. Вытаскиваю, смотрю на экран — это Архип, охранник, который у матери дежурит.
— Да? — отвечаю, продолжая просматривать бумаги.
— Демьян Андреевич, Анна Александровна хочет с вами поговорить. Говорит, что важно.
Может и правда что-то важное?
— Соединяйте.
Через мгновение в трубке раздается голос матери — трагичный и холодный.
— Демьян, ты собирался игнорировать меня до конца жизни?
— Здравствуй, мама.
— Я сегодня узнала, что ты женишься. Ты не считаешь, что я должна быть на твоей свадьбе?
— Нет, мама, тебя там не будет, — собираюсь отбиться.
— Ты не можешь меня вычеркнуть, — с негодованием выкрикивает она.
— Могу. Уже вычеркнул.
Мне не доставляет удовольствия этот разговор. Но просто отключиться не могу, что-то останавливает.
— Это абсурд! Что скажут люди? Ты исключил меня из своей жизни! Свою собственную мать! — в ее голосе звенят ноты возмущения.
— Меня не волнует мнение людей, — спокойно отвечаю. — Меня больше волнует благополучие моей семьи.
— А разве я не часть твоей семьи?
— Была. Но ты уничтожила эту связь. Ты сделала свой выбор, а я сделал свой. Не заводи по кругу, мама, тебя не будет на моей свадьбе.
— Я твоя мать! — почти кричит она. — И я имею право!
— Имела. Теперь нет. Ты предала меня, Ангелину, мою дочь.
