Автор
Демьян — хмурая мозгица, но сегодня его трясут новые обязанности: он должен произнести речь на праздничном корпоративе в честь дня рождения компании. Встретил полный штаб-квартиры дебоширов и бабочек с конвертами под мышкой, чувствуя себя злым духом надзорной за всем этим весельем....
На планерку стекаются руководители департаментов, и я включаюсь в работу. Каренин проводит совещание, руководители расходятся, и он вызывает меня в кабинет.
— Ангелина, принеси планнинг, надо внести изменения на неделю, — говорит по селектору Демьян. Беру планнинг и иду в кабинет.
— Садись, — он двигает стул ближе к себе.
— Мне отсюда тоже удобно, — собираюсь сесть напротив, но он качает головой.
— Нет, я хочу, чтобы ты видела экран монитора.
Монитор можно развернуть, но я подхожу и сажусь на стул. У Демьяна очень приятный парфум.
А еще, если спрошу, Каренин снова решит, что это для моего несуществующего любовника. Артура, или кого он там себе еще напридумывал.
— Ты меня не слушаешь, Ангелина? — руку накрывает широкая теплая ладонь, и я вздрагиваю. Отдергиваю руку, поворачиваюсь к Каренину.
— Мы договаривались, Демьян. Не на работе.
Жду, что он скажет какую-нибудь гадость, но лишь слышу хриплое:
— Извини, ты права.
— Тогда я все-таки пересяду, — пересаживаюсь за стол напротив, — а монитор можно развернуть.
Мы вносим изменения в планнинг, и я возвращаюсь на свое место. Но буквально через десять минут Каренин выходит из кабинета в приемную.
Становится за спиной и роется на полках стеллажа.
— Что вы ищете, Демьян Андреевич? — разворачиваюсь к нему. — Давайте я найду.
— Не надо, сиди, — он достает папки и складывает на подоконник, — я сам.
— Но я лучше знаю, в какой папке какие документы, — возражаю ему, — и справлюсь быстрее.
— Сказал же, сам разберусь. Займись делом, — обрывает Каренин. Пожимаю плечами и поворачиваюсь обратно к монитору.
Он больше часа перекладывает за моей спиной папки, перебирает бумаги, но я больше не лезу. Наконец, он находит нужную папку и исчезает в кабинете.
Просматриваю планнинг на ближайшие дни и покрываюсь холодным потом.
Черт, послезавтра у Демьяна фотосессия с Миланкой.
Открывается дверь, из кабинета выходит Каренин. Идет к кофемашине, становится за спиной.
Это уже не смешно.
— Демьян Андреевич, давайте я заварю чай. Вам Астафьев оставил целую коллекцию.
— Заваривай, — он сразу соглашается и садится на диван для посетителей. Достает телефон, листает экран.
— Я принесу, — намекаю, чтобы шел в кабинет.
— Я здесь подожду.
