Оборотни подобрались, в воздухе летало ощущение опасности, тревоги, чего-то непредвиденного и неприятного.
Умка заворочалась, недовольно бурча.
Со зверем у них вчера вышел конфликт – волчица возмущалась, зачем Ольга начала выгораживать самца? Да, это их самец, но он провинился, пытался обойти правила, поэтому заслужил порицание. Умка бурчала, что одно дело – встать спина к спине в бою с врагом, или помочь удержать крупную добычу на охоте, там да, помощь и поддержка важны. А в таком деле она и волку не помогла, и себя подставила.
В общем-то, Умка была права, но в тот момент Оля не успела до конца проанализировать ситуацию, сработал инстинкт защиты. Гормональная перестройка организма потихоньку продвигалась, несмотря на то, что обряд не был завершён, полноценное запечатление не могло образоваться, вот её и бросало то в одну сторону, то в другую.
- Волки, вы все знаете, что мы здесь собрались, - заговорил альфа,– чтобы разобраться, кто и в чём виноват. Мне пришлось вчера и сегодня самому летать в тундру. Не было у нас такого, чтобы взрослые волки лгали в глаза, подставляли другого оборотня, пытались обеспечить себе лучшие условия, в обход правил. Это плохо, волки. Очень и очень плохо, поэтому виновные, все виновные, понесут наказание.
Мужчина вздохнул и обвёл взглядом помещение.
- Мне очень горько, что обе самки, вошедшие в нашу семью, нарушили закон. Но еще больнее от того, что нарушил закон мой сын, первый бета.
Волки переглянулись, еле слышный гул прошёлся по залу и стих.
- Да, волки, Илья запятнал себя. Он рассказал своей паре про испытание. Как снежный ком, один проступок потянул за собой другие, которые совершили уже волчицы.
- Альфа, что ещё выкинули самки, кроме проступка твоей жены? – седой волк в первом ряду.
- Одна из них, пара первого беты, предупреждённая супругом об испытании, спрятала на теле нож, спички, фонарик и пакет сублимированного мяса, а потом лгала, отрицая, что пронесла в тундру вспомогательные предметы. Волчица во всём созналась, её вина неоспорима, волки из дальневосточного клана тому свидетели.
Константин, стоящий слева от вожака, шагнул вперёд и кивнул, подтверждая слова Максима.
- Вторая волчица, моя жена, испугавшись, что я накажу Алину Викторовну, попыталась отвести от сестры удар, взяв вину на себя. Она солгала своему альфе. Вы прекрасно понимаете, насколько это тяжёлый проступок, и причина не имеет значения. Вдобавок, Алина Викторовна заявила, что Ольга Петровна тоже знала про испытание, и пронесла на себе ещё один нож.
Оля вздрогнула и повернулась посмотреть на кузину.