Загадочная любовь до востребования: В двух парах женщины и мужчины встречаются в самых неожиданных обстоятельствах. У каждой из них таится страшная правда о своем прошлом, а каждый день становится испытанием для их отношений. Лес вокруг героинь наполнен сильными звуки природы: щебетание птиц, шелест веток и скрежет корней — все это создает неповторимую атмосферу, словно окуная читателя в мир этих любящих сердец....
Мысли прыгали, сталкиваясь и разлетаясь – ему померещилось или от отца еле уловимо пахло таинственной незнакомкой из тайги? Он не мог показать, что заинтересовался, приходилось сдерживать оживившегося Севера, демонстрируя расслабленность.
Но как только отец скрылся за деревьями, вся вальяжность с Ильи мгновенно слетела.
- И что ему было надо? – Алина, даже не подумав прикрыться, вышла из дверей, обняла, прижавшись носом к шее Ильи, чуть прикусив зубами кожу.
- Не надо, не до нежностей, - отодвинул ее волк.
- Зачем? – от голоса Алины повеяло январской стужей.
- У нас тони, ты же знаешь, а она, как отец сказал, что-то там закончила по рыбе. Специалист нам нужен.
- Людей наймем, а этой у нас делать нечего! – отрезала Алина. – Она такая мерзавка, ты даже не представляешь! Я ее видеть не могу и терпеть ненавижу!
- Даже так? Это идея твоего отца, не моя, поэтому мне все равно.
- Я с тобой!
Луна, только Алины ему и не хватает сейчас!
- Нет, это мужской разговор.
- Ну, хорошо. Тогда я просто домой схожу. И поговорю уже со своим отцом.
Оставив жену у дорожки, ведущей к дому Маркова, Илья прошелся по поселку, осторожно втягивая ноздрями воздух. В волчьей ипостаси было бы продуктивнее, но он не может сейчас перекидываться, сначала надо поговорить с альфой.
Ничего нового.
Встречные оборотни сразу отводили глаза, опускали головы, соблюдая субординацию и технику безопасности.
Побродив немного, Илья выловил одного из марковцев и напрямую спросил – где сейчас северный альфа?
- У себя он, бета, - ответил волк.
Отец оказался в гостевом доме.
- Алина категорически против того, чтобы ее сестра ехала с нами, - с порога заявил Илья. – Давить на нее я не стану, извини.
- Почему?
- У них, как я понял, какие-то личные терки. Неприязнь, можно сказать – ненависть. Алинку даже затрясло, когда я про сестру сказал, - объяснил сын, разочарованно нюхая воздух. Аромат привлекшей Севера самки больше не ощущался.
