Автор
В новом мире первым, что попала под бдительный взгляд — была огромная грудь. Сначала это было просто сюрпризом, но когда малыш начал шевелиться вместе со мной, стало ясно, что предстоящее материнство обещает быть непростым приключением. Ребенок в буквальном смысле давил на всем сердце и мышцы, создавая новый мир вокруг себя....
А как я испугалась, когда увидела, что эта змея Сабинка узнала тебя. Чуть сердце из груди не выскочило от страха. Но, видать, настроение у стервы хорошее. Еще бы, граф ей новые цацки подарил и на воды свозить обещал. А что ей еще нужно, как не хвостом перед молодыми господами крутить? И куда только граф Брачинский смотрит?
Говоря все это, женщина упорно тянула меня в сторону от графской резиденции:
— Кто Вы и куда мы идем? — смогла наконец-то вставить слово я.
— Я, деточка, Иса, кухарка в доме Брачинских и подруга твоей покойной матушки.
И глаза чувствительной кухарки снова наполнились слезами, глядя на несчастную меня.
Ну, в чем-то я ее понимаю. В своей прошлой жизни тоже было бы жаль такого задохлика, каким я сейчас была. Но выбора мне все равно не дали, и пришлось послушно топать за Исой, куда вела добросердечная кухарка.
Мы прошли небольшое расстояние, покинув хитрыми закоулками элитный квартал, и оказались на улице с магазинами. Я, по-моему, была здесь раз или два, не помню точно, но все казалось очень знакомым. Толстушка привела меня к милому магазинчику, где красовался огромный деревянный крендель вместо вывески, и разносился умопомрачительный запах свежей сдобы.
Я втянула сладкий воздух в себя и шумно сглотнула подступившую слюну. Триста лет не ела булочек.
Иса заметила мой жест и, снова смахнув набежавшую слезу, поторопилась нырнуть в волшебное заведение.
Здесь было столько всего, что глаза разбегались. Как можно было в такое небольшое помещение впихнуть огромное количество вкуснятины, не понимаю.
Магазин шел полукругом и под стенкой стояли стеллажи с хлебом, булочками, рогаликами и еще десятками и сотнями различных хлебобулочных изделий. Посередине был островок с витриной, что шла по кругу и была наполнена различными пирожными, изысканными канапе и прочими атрибутами поистине сладкой жизни.
И это я еще молчу о прилавке, где была настоящая выставка разноцветных конфет, и трудилось четыре кондитера в белых шапочках, не поднимая головы.
