Автор
Вайоминг, летний 1878 год: тишина над ранчо Кэллена нарушается только бичем, пока Рэмси Пратт демонстрирует свой кнут-артс с ловкостью профессионала. Этот бывший погонщик волов явно любит показывать свое мастерство и превосходство над остальными мужчинами, собравшимися на газоне перед домом....
Ты считаешь, я зря его убил?
— Да я бы собственными руками его прикончил за то, что он вам ее отдал. Боже, я совсем этого не предполагал! Хотя и вспомнил, где его видел раньше. Его выгнали из Шайенна несколько лет назад, поймав на шулерстве. Помнится, там еще фигурировала какая-то вдова, готовящаяся к свадьбе и сильно огорчившаяся, когда он уехал.
Глаза Джослин сверкнули.
— И об этом ты тоже не соизволил мне сообщить?
— И испортить тебе твой маленький роман? Сомневаюсь, чтобы ты это оценила.
Что это, ревность? Мысль показалась ей совершенно бредовой, и она ее немедленно отмела.
— Лови, — с отвращением сказала она и кинула Кольту револьвер, прежде чем искушение стало слишком сильным. Затем повернулась к Ангелу:
— Этикет требует, чтобы я поблагодарила вас за помощь, сэр, независимо от того, в какой отвратительной форме она была оказана.
Не удостоив их больше ни единым взглядом, она перекинула ногу через неудобную луку седла Кольта. Она даже не попыталась найти стремена, так как они были рассчитаны на его длинные ноги. Но, несмотря на столь неудобную посадку, она не передумала. И поскакала прочь.
Кольт не двинулся с места, и это побудило Ангела заметить:
— Она свернет себе шею, если так и поскачет, сидя боком.
— Она всегда так ездит.
— Но не в ковбойском седле.
Кольт беззвучно выругался и прокричал:
— Герцогиня, вернись!
Разумеется, она его проигнорировала. Но он так и не сдвинулся с места, а вместо этого издал условный клич и стал ждать проклятий герцогини, которые будут означать, что лошадь повернула назад. Конь действительно остановился и повернул, но Джослин, вместо того чтобы ругаться, спокойно соскользнула на землю.
Ругаясь на чем свет стоит. Кольт рванул навстречу Аппаяузу, прекрасно понимая, что жеребец герцогини доберется до нее раньше и он никогда не догонит эту молнию, которую она называет конем. Ангел тем временем спокойно сел в седло и поехал следом, хохоча во всю глотку.
