Автор
Вайоминг, летний 1878 год: тишина над ранчо Кэллена нарушается только бичем, пока Рэмси Пратт демонстрирует свой кнут-артс с ловкостью профессионала. Этот бывший погонщик волов явно любит показывать свое мастерство и превосходство над остальными мужчинами, собравшимися на газоне перед домом....
Но когда добился своего и собрался повернуться к подонку лицом, обнаружил, что не в состоянии шевельнуться. Его тело будто выключилось, когда он увидел кнут. Словно какая-то часть его сознания, контролирующая тело, решила не вступать в схватку с этим кнутобойцем, не желая "" повторять однажды пережитого.
Даже когда Рэмси ударил его. Кольт не смог выйти из похожего на транс ступора. И боли, которая помогла бы ему очнуться, тоже не было. После таких сильных повреждений тканей и нервных окончаний ему можно было прикладывать к спине раскаленные угли — и то он вряд ли почувствовал бы.
Но если то, что его парализовало помимо воли, было страхом, то подлинный ужас Кольт испытал, когда угроза нависла над герцогиней, а он все еще не мог шевельнуться. Именно от испуга за нее он покрылся холодным потом, и сердце чуть не вырвалось из груди. Лишь при виде занесенного над ней кнута в нем что-то взорвалось от ярости, вернув способность двигаться.
Он наблюдал, как тело Пратта выволокли из салуна. Последовало несколько комментариев, но ни одного в адрес Кольта. Основная масса присутствующих вернулась к своим занятиям, прерванным инцидентом. Типичная реакция тех, для кого насилие стало более или менее привычным явлением.
Кольт не испытывал ничего — ни сожаления, ни удовлетворения. Вообще никаких эмоций к человеку, которого только что убил. Что его беспокоило, так это исполненный презрения взгляд герцогини, брошенный ею перед уходом.
Он вернулся на вокзал в шикарный вагон, который она так легко получила. Герцогиня была там, но заперлась в спальном отделении. Кольт некоторое время колебался, не постучать ли, но потом решил не делать этого.
Кольт взял свои вещи и направился к выходу. Он купит билет в пассажирский вагон и передаст ей через кондуктора, что находится там. Им нет необходимости встречаться вплоть до Шайенна. По пути к дверям он увидел зеркало и вспомнил про свою спину. Бросив на пол багаж, он сорвал с себя рубашку и быстро осмотрел ее.
