Автор
Вайоминг, летний 1878 год: тишина над ранчо Кэллена нарушается только бичем, пока Рэмси Пратт демонстрирует свой кнут-артс с ловкостью профессионала. Этот бывший погонщик волов явно любит показывать свое мастерство и превосходство над остальными мужчинами, собравшимися на газоне перед домом....
— Достаточно, Бабетта, — нетерпеливо приказала Джослин. — Насколько проясняет ситуацию сообщение Алонсо?
Молоденькая француженка широко улыбнулась, довольная тем, что ее маленькая хитрость — протянуть время — удалась.
— Все не так уж плохо. Во всяком случае, по словам Алонсо, это всего лишь местные предрассудки. Здесь полукровка — все равно что индеец, а к индейцам относятся с презрением и отвращением.
— Презрением?
— Чтобы не показать страха, понимаете? Индейцев здесь еще очень боятся. Они до сих пор бродят по округе, нападают, убивают и…
— Какие-индейцы?
— Апачи.
— Действительно, слышали, но я не припоминаю, чтобы кто-то утверждал, что они все еще настолько враждебны.
— Только Хоронимо. Алонсо говорит, это отщепенец с небольшим количеством сторонников. Он скрывается в Мексике. Но его шайка совершает налеты и по эту сторону границы тоже.
— Хорошо. Но Кольт Сандер не апач! Он наполовину шайенн, — возразила Джослин. — Что Алонсо удалось выяснить об индейцах-шайеннах?
— Здесь о них ничего не знают.
— Тогда почему мистер Сандер посчитал, что я должна его опасаться?
— Мне кажется, ты упустила самое главное, дорогая, — вмешалась Ванесса. — Предрассудки направлены не против какого-то определенного племени. Похоже, на этих западных территориях так относятся ко всем индейцам и полукровкам, независимо от того, к какому племени они принадлежат.
— Но это ужасно! — разгорячилась Джослин. — Не говоря о том, что просто несправедливо! В Кольте Сандере нет ничего, за что его можно презирать.
А еще он нетерпеливый, вспыльчивый, упрямый и упорно отказывается иметь с ней дело, но об этом говорить не стоит.
— Джослин, дорогая! Мы все бесконечно благодарны этому человеку за своевременную помощь. Очень благодарны. Но сегодня днем он совершенно ясно показал, как ко всему этому относится. Он даже не захотел с тобой разговаривать!
— И мне теперь понятно почему.
— Однако он явно так не считает.
— Знаю. И он думает, что оберегает мою репутацию, избегая общения со мной в городе. Весьма любезно с его стороны, но вряд ли в этом есть необходимость. Я никогда не позволю поддаться влиянию чьих-то предрассудков! И меня совершенно не интересует общественное мнение.
