Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Раздел Chitat.online для книги «Любовь и прочие \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Напомнить, кто этому поспособствовал?
— Кто? Я?!
— Угу. Я когда к тебе спустился — духовку забыл выключить. Ну, и сгорело все подчистую.
Ольга сунула ноги в джинсы и ловко застегнула на талии.
— Выходит, я тебе пирог задолжала?
— Выходит, что так.
— Ладно. Ну-ка, давай посмотрим… По-моему, тесто еще очень даже ничего. Живое!
— Так, постой! Ты хочешь вернуть мне долг пирогами, на которые я уже все сам приготовил?!
— Не пропадать же добру! Доставай форму, Гдальский — дам тебе мастер-класс!"
"— Ну, уж нет. С этим я сам как-нибудь справлюсь. А ты приготовишь с нуля. Оценю твои кулинарные таланты.
— На предмет чего? — усмехнулась Ольга, скромно умолчав о том, что он уже несколько раз у нее трапезничал.
— На предмет профпригодности.
— А если с пирогами у меня не заладится?
— Значит, за пироги у нас буду отвечать я!
Глава 14
— А говорила, что не забудешь!
— Прости, Мариш! Дела закрутили!
Ольга стащила красивый шарфик, повязанный на шее, и небрежно сбросила туфли.
— На тебя это не похоже, — улыбнулась Марина. — Случилось что-то?
— Личная жизнь случилась! — радостно закивала Ольга.
— Да неужели и на твоей улице случился праздник? И как он? Хорош? — оживилась Марина, с любопытством поглядывая на пациентку.
— Поначалу они все хорошие, — резонно заметила Ольга и тут же переключилась: — Как сынок? Растет?
— Еще бы! Уже целый килограмм наел. Только знаешь, что? Я тебя умоляю — давай о чем-то другом…
— А что так?
— Ты только ничего не подумай, я очень люблю сына, но иногда мне хочется поговорить о чем-то, кроме отрыжки и трещин на сосках.
— О! И сильные трещины?
— Да теперь уже все наладилось. А поначалу — б-р-р… Хоть кормить бросай. Да ты проходи! Сейчас нанесу анестетик, а пока тот подействует, поболтаем. Расскажешь, как там в людях… Я ж тут совсем одичала. Кофейку выпьем. Странно, что мамы еще нет. Она обещала посидеть с Ванькой, пока я буду работать.
— Ну, пока мы поболтаем, она, может, как раз и успеет, — успокоила Ольга Марину.
— Угу. Ей тут ехать — всего ничего. Пробки, что ли?
Болтая, женщины прошли в небольшую комнатку, служившую сейчас Марише кабинетом. В углу на кресле стояла детская качелька. Мариша осторожно опустила в нее сынишку, и тот сразу же недовольно закряхтел.
— Ручной парень.
— Не то слово. С первых дней только на мне засыпает. Да и вообще не слезает с рук, — все больше хмурилась Марина, раскладывая на специальном столике нужные для работы штуковины. Ванькино кряхтение переросло в обиженный рев.
— Мариш, может, давай я его подержу?
— А ты не против? Спасибо! А то ж этот паразит так и будет орать… — молодая женщина подошла к сыну и ласково погладила его по головке.
