Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Раздел Chitat.online для книги «Любовь и прочие \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Совсем разные. А вот потянулось что-то к нему. Глупо. Как же глупо, боже мой!
Будто сжалившись над Артемом, лифт остановился, распахнул с легким гудением двери. В тишине громыхнули ключи, Артем нырнул в прихожую вслед за хозяйкой. Телефон отыскался быстро, на барной стойке. Там, где он его и оставил. Но оттягивая время, Кормухин сунулся в ванную. Включил воду и плеснул в лицо щедрую пригоршню. Уставился на себя в зеркало. Яркий свет вмонтированных по кругу лампочек обнажил то, что обычно не бросалось в глаза. Не мальчик… Уже давно не мальчик. В их жестоком мире — отработанный материал. Но даже отработанному материалу хочется… все еще хочется близости. Хочется рядом плечо, на которое можно опереться.
— Соберись, Тёмочка. Оно тебе даром не надо, — приказал себе Артем. Схватил с держателя полотенце. Промокнул лицо.
Когда Кормухин вышел из ванной, Александр стоял у двери, неловко переминаясь с ноги на ногу. Из глубины квартиры донесся шум.
— Гдальский бабу свою укладывает, — пояснил прораб.
— Если не передумал, пойдем. А то это может затянуться. Или перерасти во что-то более интересное.
Вечер был уже совсем по-летнему жарким. Душным даже. От нагретой майским солнцем земли парило. Прораб скинул куртку, и Тёма залип на его огромных лапищах. Такие мышцы в спортзале не накачаешь. Их годы тяжелого труда лепят. Они… настоящие, что ли. И этот мужик настоящий. В отличие от самого Кормухина, прячущегося за сотнями масок на все случаи жизни.
— Закурить не будет?
— Не курю, — пожал плечами здоровяк, подошел к припаркованному у соседнего подъезда старому джипу и, уже открыв дверь, пояснил зачем-то. — На стройке курить нельзя по технике безопасности. А если бегать в специально отведенное место — работать некогда. Вот и бросил. Лет десять назад. Нет, стой… пятнадцать уж. Время летит — труба.
Артем кивнул головой. Бег времени тот ощущал так, как будто оно по нему самому бежало. Хотя… так, наверное, и было.
Дальше они молчали. Тёма лишь адрес назвал, да время от времени подсказывал, где лучше срезать.
— Вот тут в арку и налево сразу.
— Буржуй ты, однако, товарищ, — присвистнул Александр. — Ну, все… бывай, — добавил как-то неуверенно. Артем что-то пробормотал в ответ, выскользнул из машины. Замешкался чуть, придерживая рукой дверь.
— А, к черту! — выругался прораб, вываливаясь из машины. Артем застыл, впившись взглядом в его лицо.
— Мне на один раз и даром не надо… — предупредил мужчина, как будто кто-то ему этот раз предлагал! В обычной ситуации Артем бы непременно что-то съязвил в ответ. А тут лишь сглотнул и кивнул нерешительно. Сердце колотилось где-то в горле, и голова кружилась.
— А что надо? До гробовой доски? — все же полезло дерьмо с опозданием.
