Автор
В трех простых комнатах царит теплота и надежда. Его жена, Рэчел, терпелива как львица, но в глазах его загорается любовью, непоколебимой даже в самой сильной метели. Ферма — их родовое крыло, на котором они строят будущее вместе.
— Я думаю, справлюсь, — уверенно сказал Чейз — И потом — мне надо размяться. Я и так слишком долго отдыхал.
— Тогда конечно, — согласился Рамзей.
Глава 32
Небо, плотно затянутое серыми облаками, совсем не обещало солнца. Тусклый рассвет еле пробивался, когда Чейз уезжал из лагеря. Правда, этого света хватило, чтобы разглядеть на промерзшей земле следы лошади Джесси.
У него было так паршиво на душе, что ему было безразлично — видели работники или нет, в какую сторону он поехал. Они, видно, перемывали косточки ему и Джесси, обсуждая их отношения.
Чейз ехал по ровной холодной долине, и ледяной ветер обжигал лицо. Он наглухо застегнул куртку и по совету Болди надел на голову цветастый платок, чтобы не отморозить уши. Но даже меховые штаны, которые одолжил Джеб, не спасали от холода. Он клял себя за то, что уехал из лагеря, что снова погнался за этой женщиной и на ее поиски может уйти целый день.
Но дня не понадобилось. Он проехал не больше полумили вверх по холму и неожиданно увидел ширококостного коня Джесси, щипавшего траву на соседнем холме.
У Чейза защемило сердце. Он ринулся вниз, еле сдерживая дыхание. И только когда Джесси, услышав топот копыт, повернула голову, он смог вздохнуть полной грудью.
Чейз быстро соскочил с лошади и едва не упал. Он опустился на колени, увидел, какая она бледная.
— Ради Бога, Джесси, что случилось?
— Ничего.
— Ничего?
— Ничего, — повторила она со стоном.
— Черт побери, Джесси…
— Уберешься ты отсюда? — рявкнула она что было силы.
— Нет. Потому что ты больна.
— Я не больна.
Она попыталась сесть, но еще больше побледнела и откинулась на спину, закрыв глаза. Какого черта он здесь делает? Ей так везло все дни — она уезжала, чтобы скрыть утреннюю тошноту.
— Джесси, пожалуйста, скажи, в чем дело? В его голосе было искреннее беспокойство. Ей стало приятно. Надо сказать Чейзу что-нибудь — не правду, конечно, а что-нибудь успокаивающее.
— Мне немного нехорошо. Наверное, перетрудилась.
— Послушай, но лежать на холодной земле — не дело. Ты простудишься."
"— Я собиралась добраться до хижины, но на этот раз не смогла… — Она осеклась, слишком поздно сообразив, что сболтнула лишнее.
— На этот раз? Так вот куда ты ездишь каждое утро? Зачем?
Она хотела было сказать, что там теплее и ей легче переждать, пока пройдет тошнота.
