Автор
Возвращение домой для Инги Орловой стало болезненной реальностью в этом городишке, где она больше не чувствует себя частью. Теперь этот мир кажется чужим и гнетущим, но Инга решительно настроена изменить это, покинув знакомое неблагополучие для чего-то новым и светлым....
Его личная ненависть к Алексею Андреевичу не имела с компанией ничего общего. Артур вообще считал, что ""ТрастингСтрой"" принадлежит ему по праву. Только эта, внезапно появившаяся, красивая дрянь портила всю картину. Впрочем, Артур собирался уложить ее в постель рано или поздно. Ко всем есть свой подход, слабое место и у этой тоже есть, только нужно его найти. Кто она там? Певица? Нужно нарыть о ней информацию, узнать, чем дышит, что любит, что ест на завтрак и с кем спит, кроме своего папика.
Почему-то мысль о том, что у Инги могут быть любовники Артуру не понравилась.
Чернышев вернулся в залу. За столом было явно весело и без него. Рахманенко беседовал с Новицким и притом довольно мирно, а вот Алена хихикала с Ингой.
""Умная дрянь. Хочет втереться к моей в доверие. Неплохой ход. У них, у баб, этих всегда легко получается найти общий язык. С Аленой особо стараться не надо, можно заговорить о шмотках, сплетнях и она уже считает тебя лучшим другом. Пора уводить ее отсюда, пока не сболтнула лишнего""
Артур подошел к столику, попрощался с Германом и с тестем. Алена начала канючить, чем взбесила его еще больше.
— Я сказал, поехали. Устал я. Все, забирай свою сумочку и пошли.
Алена состроила несчастную гримасу, схватила мужа за рукав:
— Милый, я еще не доела свое горячее и Инга…
— Я сказал, поехали! — рявкнул Артур, и Рахманенко смерил его гневным взглядом, но и слова в защиту дочери не сказал. Алена засуетилась, виновато улыбнулась Инге. Артур попрощался с Новицким, пожелал удачи Инге, не преминув смерить ее презрительным взглядом.
Он шел быстро, совершенно не обращая внимания на едва поспевающую за ним Алену.
— Артур, а мы тут с Ингой…
— Алена, ты можешь помолчать хоть минуту?
Она казалось, его не слышала:
— Так вот мы договорились завтра вместе…
— Заткнись! Просто заткнись и садись в машину!
Артур резко распахнул перед женой дверцу ""ауди"", и та села на переднее сиденье. По щекам катились слезы. Артур тяжело вздохнул, стиснул челюсти. Уколов совести не было уже давно, жалость иногда появлялась, но ненадолго. Он завел двигатель и рванул с места.
