Вернее, в чулане, ведь назвать крошечный закуток гордым словом «комната» просто не поворачивался язык.
Атмосфера в зале переговоров торгового дома царила настолько взрывоопасная, что народ боялся шевелиться, чтобы не привлекать лишнего внимания начальства. Элрой и председатель с новым драконом на коленях сидели на разных торцах длинного полированного стола, словно подчеркивая, что теперь между ними разверзлась пропасть.
Председатель внимательно изучил бумагу, где были изложены претензии и сумма взыскания, выведенная с моей легкой руки.
— Господин ди Элрой, — усмехнулся он пухлыми губами, — по-моему, это перебор. Не находите?
— Сумма, указанная в документе, подсчитана на основании контракта, — прежде чем прикусить язык, выпалила я и под острым, пронзительным взглядом Таннера потупилась. — Извините.
— Продолжайте, госпожа Амэт, — махнул рукой председатель.
Начальник отдела судебных заступников от гнева пошел красными пятнами, а я испуганно глянула на Элроя. Было ясно как божий день, что я поскакала впереди рельсового омнибуса, хотя тот даже не тронулся от остановки.
Лицо Таннера оставалось непроницаемым, и он едва заметно кивнул, разрешая продолжить.
От волнения дрожали колени, и когда я поднялась, раздались тихие смешки.
— Госпожа Амэт, мы не на уроке, — спокойно вернул меня на место Таннер. — Можете присесть.
— Лучше постою, — пробормотала я, вдруг впадая в панику, осознав, что нужно усесться, пододвинуть стул и собраться с мыслями.
Глубоко вздохнув, я прочистила горло и вдруг почувствовала невероятное умиротворение.
На самом деле излагать факты и доказательства, а также перечислять цифры оказалось легко. Я не забыла ничего, описала сухим казенным языком каждую мелочь, даже вспомнила несчастную малышку Поппи. Элрой с председателем обменивались ледяными взглядами.
— Это все? — изогнул брови хозяин торгового дома.
— Все, — растерянно оглядела я слушателей и поймала себя на том, что, как девчонка, тереблю юбку.
— Вам есть что сказать? — обратился председатель к подчиненным, и те виновато опустили головы.
Кажется, не одна я на проклятом совещании чувствовала себя как глупая лицеистка.
— В таком случае мне есть что сказать. — Он положил документ лицом вниз. — «Дракон Эххр».
На лице Таннера нервно сократился мускул, и в этот момент я осознала, что произошла большая беда.
— Продолжайте, — кивнул он.
Не представляю, откуда Элрой брал внутренние резервы, чтобы сохранять хладнокровие.
