Присела на скрипучий стул, расправила юбку, стараясь потянуть время и справиться с нервами.
— Госпожа Амэт, — прочитал председатель в досье. — Двадцать два года, выпускница Института благородных девиц, обучалась у наставницы Ру Итар.
Кто-то из экзаменаторов испуганно икнул, точно Матильда, услышавшая шаги Летиции.
— Госпожа Амэт, почему девушка столь юных лет желает открыть частную практику? — добродушно спросил кто-то.
Только я собралась поразить судей эрудицией и умением красиво говорить, как Таннер некультурно вмешался:
— Госпожа Амэт, к демонам частную практику, идите ко мне работать.
Я одарила его гневным взором. Судя по довольному виду провокатора, он того и добивался — чтобы на него обратили внимание.
— Господин ди Элрой, так дела не делаются, — громким шепотом пробубнил председатель, посчитав, что дама тугоуха и ничего не услышит. — Посмотрите еще кого-нибудь. Она же девица!
— Я заметил, — ухмыльнулся он.
Надо было промолчать и позволить гильдии заткнуть нахального дельца, но я не сдержалась:
— Господин ди Элрой, давайте внесем ясность — я не заинтересована в «Драконах Элроя», но так и быть, когда вы надумаете развестись, то с большим удовольствием представлю в суде интересы вашей супруги.
— Я не женат.
— Счастливая женщина, которую миновала участь стать вашей женой!
Председатель многозначительно покашлял, пытаясь призвать нас к порядку.
— Госпожа Амэт, ваша честность подкупает, — не унимался хитрый Дракон. — Вы вызываете у меня полное доверие.
Откинувшись на спинку стула, он скрестил руки на груди.
От знакомого до боли жеста у меня нервно задергался глаз.
— Зато вы, господин ди Элрой, не вызываете у меня никакого доверия! — сквозь зубы процедила я. — Знаете ли, я планирую открыть частную практику и заняться расторжением брака между честными, добрыми женщинами и жлобами, обвиняющими их в немыслимых вещах.
— Каких, например?
— В шпионаже на соседа! — выпалила я и так громко щелкнула пальцами, что председатель вздрогнул. — Да! Отличный пример! А то, понимаешь, взяли моду.
Сначала любимыми называют, на всякие оперы водят, яблоками карамельными кормят, а потом обвиняют в том, что продала сковородки соседу, и вышвыривают на улицу, как бездомных котят! Несправедливо!
Святые угодники, куда вы меня несете? Мы из этого бурелома на своих двоих выберемся?..
— Госпожа Амэт, по-моему, вы чуточку… — совершенно растерялся председатель, пытаясь намекнуть, что с аристократами нельзя разговаривать, как с простыми смертными.
