— Я несу счастье ручным драконам всего королевства! И прямо сейчас ваш торговый дом отказывается стать поставщиком чистой, ничем не замутненной радости!
— Но последние исследования доказали, что алхимические эликсиры, которые используют в сухих кормах, вызывают у драконов несварение и аллергические реакции, — со своего места подал голос «бешеная белка», честное слово, лучше бы он продолжал писать конспект. — Что вы на это скажете? — вопросил он, сморщив нос."
"То, что про слабость сказала, про счастье — сказала, даже про радость во всем королевстве не забыла, и теперь мне конец.
Я точно вылечу со службы, если не смогу убедить хозяина торгового дома не разрывать договор!
— Думаю, стоит доказать ошибочность вашего заявления, — нахально предложила я и приблизилась к председателю: — Позвольте?
Не дожидаясь разрешения, я подхватила с его коленей вялого, сонного дракона. Ящер оказался куда тяжелее, чем могло показаться. От неожиданного нападения он мигом проснулся, вытаращил желтые глазенки, и на секундочку вертикальные зрачки стали круглыми.
— Крохотулечка моя, — фальшиво засюсюкала я.
«Крохотулечка» весом пятнадцать фунтов раскрыл зубастую пасть, выставил шипастый хохолок и воинственно зашипел мне в лицо, выдохнув облачко зловонного дыма. Подозреваю, что его хозяин тоже был не против меня обшипеть.
Ловким движением я стиснула пухлое драконье тельце под мышкой и всыпала в открытую от возмущения пасть корм. Наверняка председательский дракон питался исключительно свежими овощами и перепелиными яйцами с рынка по три шиллинга за десяток, поэтому не сразу ощутил чистую, ничем не замутненную радость от поглощения хрустких комочков.
Однако когда тебя зажимают под мышкой, как нагадившего паршивого кота, и категорично тыкают мордой в еду, приходится подчиняться и радоваться. Ящер проглотил ком и икнул, не иначе как от счастья.
Вдруг он так проникся «Ароматом говядины», что требовательно ткнулся в мою ладонь, поскреб лапкой с подпиленными коготками (клянусь, у председательского ящера был сделан маникюр!) и слизнул остатки корма.
Расправившись с пайком, дракон повел по воздуху носом, раздул ноздри и начал рваться в сторону стола, где скособочился открытый мешок «Вкусной жизни». Обжора нырнул в корм с головой, хвост встал торчком. Из мешка донеслось довольное причмокивание.
— Что и требовалось доказать! — с торжеством в голосе объявила я.
— А у него заворота кишок не случится? — зачарованно вымолвил председатель.
