Белая рубашка, строгий брючный костюм и галстук — черт, да я самый примерный начальник! Немного прихрамываю, но почти бегу в сторону кабинета Любочки. Потому что сил терпеть больше нет.
— Кирилл Игоревич, к Любовь Дмитриевне сейчас нельзя! — подрывается со своего места секретарь Левандовской и загораживает мне проход к двери тем самым нарушая все мои планы.
— Мне можно, — от моего взгляда девушка должна была уже давно забиться в уголок и помалкивать, но та лишь плотнее прижалась спиной к двери.
— Любовь Дмитриевна приказала никого не впускать, не могли бы вы подождать? Я вам кофе сделаю, — съеживается секретарь, имени которой я совершенно не помню, хотя не исключено что никогда и не знал.
— Вы в курсе кто я? — поддаюсь вперёд, пытаясь задавить не своим авторитетом.
— Конечно, — испуганно кивает девушка и на ее щеках расцветает румянец, а глаза бегают из стороны в сторону, пытаясь понять как быть в этой ситуации. А вот это уже интересно. Что такого проиходит в кабинете Любы, что даже мне нельзя войти?
В голову сразу же лезут картинки, где она кувыркается с каким-то хмырем на диване, или же на столе, а еще, возможно, прямо у стены, рядом с которой я сейчас стою.
От этих мыслей я закипаю ещё больше и если бы передо мной сейчас был мужик, я бы врезал ему хорошенько и отодвинул в сторону.
— А мне кажется, что вы не в курсе. Так вот, напоминаю — я тот, кто одним щелчком пальцев может уволить вас с насиженного места. И этот стул, стол, дверь, которую вы защищаетет как сторожевой пес — все принадлежит мне.
Так что, будьте добры, отойдите в сторону и дайте мне пройти, пока я еще в хорошем настроении.
Секретарша теряется. Потом тихо лепечет:
— Подождите, я предупрежу Любовь Дмитриевну…
— Нет.
— Но… ей плохо и она…"
"Вот теперь я точно уверен, что происходит что-то неладное. Не теряя ни минуты, отодвигаю девушку в сторону и резко открываю дверь, быстро оглядывая помещение на присутствие посторонних мужчин. Чувствую себя ревнивым мужем, который ожидает застать жену за изменой.
Секретарь протискивается мимо меня и бросает в сторону Любы извиняющийся взгляд:
— Простите, но Кирилл Игоревич…
— Все нормально, Наталья, не переживайте, — Люба закрывает крышку ноутбука и, не смотря в мою сторону, откидывается на спинку кресла, придерживая на лбу влажное полотенце.
Я поправляю долбанный галстук на шее из-за которого дышать становится тяжело, а возможно это из-за бледного болезненного вида Любочки, и закрываю за собой дверь.
