Я страстный баронет с сердцем холмистым, но женщина способна преодолеть все преграды. Мои три дочери - достопримечательности по сравнению с женатыми невестами вокруг меня. Одна из них уже достигла высоты герцогини через брак, а другая лишь ждет этого шанса. Вселенная моя будет перевернута, когда я найду последнюю мою дочь - не просто красавицей, но и лицом, готовой к величайшему призванию....
Дейдре откинулась на подушки и закрыла глаза. Все. Сделано. Она приняла самое разумное, самое правильное решение. Сберечь себя или разбить сердце? Она выбрала первое. Разве есть к чему тут придраться?
Но отчего-то слезы потекли ручьем, заливая лицо."
"Вопреки приказам врача, не внимая ни мольбам Патриции, ни увещеваниям Софи, Дейдре уже на следующий день была на ногах. Устав от производимого Патрицией и Софи ненужного шума, Дейдре бесцеремонно выгнала их из своей спальни, оставив лишь Мегги, которая, кажется, была солидарна с Дейдре, считая, что человек имеет право вставать тогда, когда хочет, а не тогда, когда ему разрешат.
И сейчас медленно, борясь с болью, едва держась на ногах, Дейдре собирала вещи, готовясь к отъезду в имение. Шансов довести дело до конца без посторонней помощи у нее не было никаких, и посему эти сборы были скорее актом символическим. Впрочем, она считала своим долгом хотя бы попытатьсясправиться с поставленной задачей.
Роскошные наряды от Лементье Дейдре решила предоставить умелым рукам Патриции.
Однако загубленное синее платье она сложила самостоятельно с большим тщанием, и даже пролила на него несколько скупых слезинок.
– Я никогда не видела, чтобы папа плакал…
Дейдре повернула голову и в недоумении уставилась на свою кровать.
– С чего бы тебе видеть Колдера плачущим? – Право, такие кремни, как Колдер, не плачут никогда. Страшно подумать, что могло бы так потрясти эту непробиваемую каменную душу.
– …пока он не увидел вас, лежащей мертвой на земле.
И в этот момент ноги отказались ее держать. Дейдре, боясь упасть, присела на край кресла, появившегося рядом с ее кроватью на прошлой неделе.
– Он плакал? Из-за меня?
Мегги вылезла из-под кровати и уселась на полу по-турецки, подперев голову руками.
– Мы думали, он никогда не остановится. – Зрачки у Мегги были расширены, словно она заново переживала тот благоговейный ужас, что охватил ее при виде плачущего отца.
Дейдре смотрела на свои безвольно повисшие руки и не знала, что ей делать с этой новостью.
– Полагаю, Колдер чувствовал себя виноватым.
Мегги потерла нос.
– С чего бы? Папа в вас не стрелял.
Дейдре нервно переплела пальцы.
– Колдер слишком ответственно ко всему подходит. Он человек чести и человек дела.
