Вдовый маркиз Брукхейвен отчаянно ищет супругу для воспитания дочери, но его идеальная невеста сбегает с его сводным братом. В полном отчаянии он принимает неожиданное предложение руки и сердца, которое навсегда изменит его жизнь и откроет ему истинное значение любви.
Он ее не слышал. Похоть уже овладела им. Похоть, а не любовь, как ей того хотелось. Он снова смотрел на грудь Дейдре, и за взглядом последовала ладонь.
– Вы такая чудная. – Произнес он хриплым голосом. Тесса как-то заметила, что, когда кровь приливает к детородному органу мужчины, больше всего от кровопотери у них страдает мозг. Но при этом Дейдре вынужденно призналась себе, что прикосновение его руки нисколько не было ей неприятно, а скорее желанно. Получается, что одержимый похотью мужчина не такое уж страшное явление!
Дейдре, проигнорировав внутренний голос, призывавший ее повременить, уступила зову плоти и, со вздохом закрыв глаза, предоставила Колдеру полную свободу действий. Отдавая ему во власть свое драгоценное тело, Дейдре не считала, что остается внакладе. По сути, выигрывали оба. Что хорошего в унылом одиноком существовании?
Ладонь его обжигала грудь. Ноги отказывались держать ее. Колдер одним решительным движением приподнял ее грудь, обнажив полностью. Кто угодно на фабрике мог увидеть их. Впрочем, здесь было довольно сумрачно, и каждый занимался своим делом. Дейдре зябко повела плечами, подавшись навстречу Брукхейвену. Честно говоря, ей сейчас не было дела до того, увидят их или нет. Главное, чтобы Колдер не останавливался на достигнутом!
Обняв Дейдре за талию, Колдер не дал ей упасть, а сам, наклонив голову, принялся целовать ее грудь. Воспользовавшись тем, что руки ее сейчас были свободны, Дейдре погрузила пальцы в его густую шевелюру. Колдер втянул сосок в рот.
О, какое мучительно-сладостное ощущение! Оно словно пронзило ее тело молнией. Если бы она только знала… Но откуда ей было знать? Тело откликнулось бурно, в одно мгновение увлажнилось лоно, заставив Дейдре плотно сжать колени. Стиснув темные пряди его волос в кулачках, она застонала.
Колдер ответил невразумительным рычанием. Резко рванув вырез платья вниз, он высвободил ее вторую грудь. Целуя второй сосок, первый он ласкал рукой. Дейдре откинулась назад, едва ли не перегнувшись через перила, обнаженная грудь ее вздрагивала, поднимаясь и опускаясь с каждым судорожным вздохом. Колдер продолжал пощипывать, покручивать, посасывать, покусывать, ни на миг не оставляя ее бедные соски в покое."
"Наконец, рука его соскользнула с соска вниз. Его ладонь и то место, где не осталось ни одного сухого участка, разделяли несколько слоев ткани, но, ощутив его руку, Дейдре тут же почувствовала, как увлажнились ближайшие к телу нижние юбки.
Он коснулся губами ее шеи.
