И ведь все началось не сейчас, верно, Ян? Сейчас обострилось из-за Марата, но я тебе чем-то еще в школе не угодила, да?
На дороге появился ярко-оранжевый внедорожник, скорее всего кого-то из жильцов, и Зарецкой пришлось перейти на тротуар. Хмурая, ненакрашенная, волосы чистые, но не уложены, поэтому сейчас голова Яны напоминала воронье гнездо, куда заботливые птицы натаскали овечьей шерсти. Узкие и явно брендовые джинсы сильно обтягивали ее худые длинные ноги, а мешковатый болотный свитер портил весь вид, создавая впечатление неухоженности. Вообще сейчас Янка больше походила на себя школьницу, чем на ту девицу, которую я встретила, вернувшись в город. Старательно набранный внешний лоск куда-то разом подевался.
Только взгляд был новым. Непривычным.
— Привет, Яна.
Мы с Инкой стоим в нескольких шагах от нее, а Кир оказался за спиной Зарецкой. Стоит, не двигаясь. К нам не подходит — так сказать, дистанцию держит. Это и хорошо. Не для его ушей наши разборки. Хотя кто-кто, а Журавлев явно в жизни был свидетелем куда более завлекательных событий.
Она молчит, с ненавистью смотрит на меня, а потом вдруг, подавшись вперед, плюет в нашу сторону. Я еле сдержалась, чтобы не отскочить назад. Конечно, она не попала в нас, но так противно рядом с ней находиться.
— Ополоумела? — неожиданно спокойно спрашивает Инка. — Может, к врачу пора нервы лечить или чего посерьезнее?
Я жду от Янки потока желчи, но она вдруг отворачивается и снова идет на дорогу. Молча!
— За что ты меня так ненавидишь? — бросаю ей в спину и с удовлетворением вижу, как она застыла на месте, напряглась. — Ян, мы же отлично ладили в школе.
— О… похоже, сейчас начнется, — тихо проговорила Инна, наблюдая, как Зарецкая быстрым шагом приближается к нам. — Уверена, что хочешь скандала?
— Я здесь никого не знаю, не живу рядом. — Пожимаю плечами. — Ну, может, выгонят нас из этого крутого поселка. А что еще?
Журавлева ответить не успела, зато я услышала злобный голос Янки.
— Ненавижу? Не льсти себе, Метла. Я тебя презираю, ты — незаметная моль, которая вечно путается под ногами.
— Что-то я не поняла, — встряла развеселившаяся от этих слов Инка. — Ты вообще себя слышишь? Где логика? Незаметная моль не может путаться под ногами, она же незаметная.
— Все-таки я очень заметная, правда, Ян, — говорю я громко, не стесняясь ни сестру, ни брата, а больше здесь и нет никого. — Настолько заметная, что мешала тебе чем-то еще в школе, раз ты так легко согласилась выкрасть мой дневник. Кстати, ты получила от Бойченко то, что хотела? Не помню, чтобы они тебя пустили в свою компанию.
— Получила бы, если бы эта тупая блондинка себе чуть шею не свернула и не загремела в больницу, — выплюнула Янка, не замечая, как на тротуаре появилась супружеская пара средних лет.