Элина беспомощно стоит перед мужем-профессионалом, его телохранителем, чувствуя шок и холод. Он подает ей руку, и она берет ее без сил. Атмосфера острого разрыва и неизбежности конца нарушается только гулким стуком сердца Элины в голове.
Давай я тебе еще кофе приготовлю. Сырники со сметаной или с вареньем?
— Со сметаной. У нас есть обезжиренная?
Мама после развода стала маниакально следить за своим весом. Вообще-то она никогда не была толстой, ну может, слегка полноватой, но когда папа решил уйти, вбила себе в голову, что это из-за лишнего веса. Даже я понимала в свои семнадцать лет, что это не так. Но маму не переубедишь. Сбросила уже пятнадцать килограмм, но теперь активно борется с морщинами, которых как-то сразу стало слишком много.
— Есть обезжиренный йогурт, а еще мед.
— Йогурт. — Мама отодвигает пустую чашку из-под кофе. — Совсем нет времени даже в магазин сходить. Но оно того стоит. Ведь так?
Я ободряюще киваю, и мама немного успокаивается. Она очень переживает, что вот так сдернула меня за собой, когда наша жизнь только-только наладилась после переезда. Но она права, нам нужны деньги, чтобы платить за ипотеку в Новосибе. А здесь, на крупном мебельном заводе, маме предложили в два с половиной раза больше, чем на ее прошлой работе.
"— Как девочки, Люб? Хорошо тебя приняли? Ты же в школе с ними не особо дружила. Помню, только к соседке бегала математику делать. Яна, кажется?
— Ага! Нормально, мам, сходили. Яна как раз и звала. — Накладываю горячие сырники на ее тарелку. — Сложно пока сказать, но если еще позовут, то обязательно схожу. Надо больше общаться, ведь так?
— Все-таки как же ты повзрослела! А раньше из дома не выгонишь.
— Ну да! Может, все-таки мед, а?
Новосибирск здесь, конечно, ни при чем. Мама просто не помнит, что первые месяцы после переезда я даже со своими одногруппниками не общалась в университете. А потом, на зимние каникулы, папа потребовал, чтобы я к нему приехала. Вот тогда я и познакомилась со своей мачехой Оксаной.
— Никакого меда! А ребята с вами были или только девочки?
— Только девочки.
— Но почему я не могу…
— Приятного аппетита, ма! Я буду в наушниках у себя в комнате!
Слышу, как она громко вздыхает. Ну а что? Сколько можно пытаться меня с кем-то свести?! То папа с Оксаной, то мама.
Прикрываю за собой дверь. Вообще, нам повезло с этой квартирой — трешка, да еще и в очень хорошем состоянии. Стоит прилично, но часть аренды компенсирует мамин работодатель.
