Элина беспомощно стоит перед мужем-профессионалом, его телохранителем, чувствуя шок и холод. Он подает ей руку, и она берет ее без сил. Атмосфера острого разрыва и неизбежности конца нарушается только гулким стуком сердца Элины в голове.
— Наконец-то! — Крепко обнимает меня, внимательно вглядываясь в лицо, насколько это вообще возможно под уличным фонарем. — Нормально все?
— Да, отлично! — Кошусь на Кира, который за последние полчаса не проронил ни слова. — Кирилл, пойдем в дом.
— Нет, я в другом месте переночую. — Помогает мне вытащить вещи из машины. — Спокойной ночи!
— Что? Но… где?
Он ухмыляется, а потом, ничего не объясняя, садится в машину, и через несколько секунд я его уже не вижу.
— Занятный юноша, — комментирует Оксана. — Где ты только таких находишь?
— Каких?
— Подрастешь — расскажу.
Глава 71
Марат— Но обидел меня ты! — В ее голосе слышны обида и боль. — Мне безразлично, кто что пишет в комментариях или в директе. Ты мне важен, а не они. И не от них меня защищай, а от своего непонимания! Ясно? Я вернусь через пару дней, наверное в понедельник рано утром. Тогда и поговорим. Если захочешь.
Она не оставляет мне шанса вставить хотя бы слово, а потом и вовсе отключается. Что за хрень происходит?! «Защити от своего непонимания»? И поэтому ты свалила в ночь с одним ублюдком, который только и мечтает, чтобы с тобой переспать?!
— Смотри, Ромео, не убейся о лобовое стекло.
— У тебя сегодня лучший день в жизни, Ярик? — Чуть прикрываю глаза, чтобы успокоиться.
— Определенно запоминающийся. Где они?
— Уже подъезжают к Волгограду.
— Н-да… нам еще пилить и пилить. Может, расскажешь, из-за чего сыр-бор? Развлеки уж своего водилу.
— Сам себя развлекай, дятел!
В голове, не переставая, крутятся полные разочарования слова Любы. Ты ее подвел, дурак, не поддержал, не сказал, какая она храбрая, что пишет нелицеприятную правду, не поблагодарил ее, что она бросилась спасать репутацию «Али». Да какая, к чертям разница, чем она вообще занимается, если это делает ее счастливой? Блог ее радует, а не ты! Ну не сказала, да.
— И все же, — не унимается Холодов. — Неужели она узнала о тебе что-то неприличное? Ты же стерильно чистый, Бухтияров, нудный и скучный. Тебя даже твоя бешеная Барби не испортила как следует. Неужели из-за Барби?
— Элька ни при чем, — нехотя объясняю, потому что Холодов сейчас вцепится, как бульдог.
