Она удивленно уставилась на Роню, потому как никогда не видела меня с кем-то. По крайней мере, в нашем доме.
— Здравствуйте! — смущенно пролепетала Вероника.
Мама поочередно оглядела нас, затем посмотрела на большой пакет в моей руке и натянула уже знакомую приветливую улыбку. Меньше всего мне хотелось, чтобы она заводила разговор с Вероникой.
— Здра-авствуй, — странно протянула мама. Затем нарочито весело обратилась ко мне: — Агния, а ты… Ты почему не предупредила меня, что у нас будут го-ости?
Я с подозрением смотрела на маму. Уж больно она веселая. Никак с отчимом с утра поссорилась и опять решила залить горе.
— Мама, это Вероника, — сухо сказала я. — А ты где была?
Мама сняла манто, поправила волосы.
— С подругой обедала, — не переставая улыбаться, сказала мама. — Пропустили бокал вина…
Вот-вот. «Бокал вина». Улыбка из приветливой снова стала виноватой.
— Мы с Вероникой поднимемся ко мне, — буркнула я, давая маме понять, что не в восторге оттого, что она снова «пропускает» бокалы с неведомой подругой. Если Роня поймет, что мама пьяна, я сгорю от стыда. Вероника не раз рассказывала мне, как она фанатела по Светлане Леманн с детства. Вот он, кумир молодежи…
— А может, вместе попьем чай? — как ни в чем не бывало предложила мама.
«Ты и так попила уже!» — хотелось ответить ей. Но вместо этого я схватила растерянную Веронику за руку и потащила за собой к лестнице. Роня послушно поплелась за мной. Улизнуть из дома, не поговорив, ей явно не удалось.
— Не слишком-то ты приветлива с мамой, — сказала Роня, когда мы зашли в мою комнату.
Я лишь поморщилась.
— Не слишком-то тебя касаются мои отношения с ней, — парировала я. Скрестила руки на груди и жестко сказала: — Значит, так. Спасибо тебе, конечно, что меня подменила, но на второе свидание ты все равно должна пойти. Потому что нелепо нам снова меняться местами. И этот папенькин сынок Денисочка все папочке своему сразу докладывает, как выяснилось. А тот, в свою очередь, треплется о встречах моему. Ты представляешь, что отчим устроит? Он же меня из дома не выпустит! А мне сейчас никак нельзя под домашний арест.
— Денис не папенькин сынок! — только и сказала Роня.
Она прошла к кровати и взглянула на раскрытый скетчбук, в котором был портрет Надиного натурщика. Роня так внимательно рассматривала рисунок, что я тут же страшно смутилась и кинулась закрывать альбом. Возмущенно продолжила:
— Не думала, что этот дядюшка Игорь так за меня взялся. Мне казалось, что это только у моего отчима такая идея фикс. Чего они лезут вообще? Дурдом какой-то!
— Но я не хочу обманывать Дениса! — запальчиво произнесла Роня. — Это неправильно!
Я с подозрением посмотрела на нее:
— Ты запала на него, что ли?
Роня снова густо покраснела.