В Любовь не выбирают, читатель описывается невесомой атмосферой тревоги и опасности. Автор мастерски передает напряжение момента, когда герой ждет судьбоносной встречи с монархом, скрытой за массивными доспехами стражников. Книга предлагает читателя окунуться в мир, где каждое слово и каждый взгляд может оказаться ключом к решению вечных вопросов любви и власти....
А когда стремительный подъем все-таки закончился, я глубоко вздохнула и решительно коснулась стены шахты, искренне веря, что на этот раз готова ко всему.
Однако владыке удалось в очередной раз меня поразить – как оказалось, за дверью меня ждала не обычная комната и даже не очередной гигантский зал, а терраса… похожая на те, на которых я уже побывала. Вот только эта располагалась почти на самом верху огромнейшего дворца и была отгорожена от любопытных глаз таким же стеклянным колпаком, как площадка в пещере двух озер.
"Каменные ограждения не мешали им разрастаться – раскидистые ветки просто тянулись вдоль опор, постепенно закрывая листвой стены, и местами переходили на потолок, создавая иллюзию лесного шатра.
Света здесь тоже доставало – он лился со всех сторон и был заметно ярче, чем в остальных помещениях дворца, несмотря на то, что уже наступил вечер.
Однако поразило меня другое – помимо искусственного, здесь имелся и самый обычный солнечный свет. Конечно же, не прямой – чувствительные глаза моранов этого не выдержали бы. И, скорее всего, свет появлялся здесь очень ненадолго. В строго определенные часы. Видимо, просачивался сквозь проделанные под определенным углом щели в потолке главной пещеры, искусственно фокусировался и с помощью специальных линз передавался на эту террасу, чтобы поддерживать жизнь в чудом прижившихся здесь растениях, создавая и трепетно храня непередаваемую, волшебную атмосферу сказки.
– Это место создал отец, – раздался у меня за спиной тихий голос повелителя. – Специально для матери, чтобы она не чувствовала себя пленницей. Тебе нравится?
Я медленно повернулась и удивленно замерла, обнаружив, что моран впервые явился на встречу без доспехов. Вместо стальных лат на нем были такие же свободные одежды, как на Раалу. Причем не черного цвета, а непривычно светлых тонов, среди которых доминировали серебристый и золотой.
– Прекрасно выглядишь, – снова обронил повелитель, так и не дождавшись от меня ответа. – И я рад, что ты все-таки пришла.
