В Любовь не выбирают, читатель описывается невесомой атмосферой тревоги и опасности. Автор мастерски передает напряжение момента, когда герой ждет судьбоносной встречи с монархом, скрытой за массивными доспехами стражников. Книга предлагает читателя окунуться в мир, где каждое слово и каждый взгляд может оказаться ключом к решению вечных вопросов любви и власти....
Где-то совсем близко, на расстоянии буквально пары шагов, и от ее голоса у меня снова прошел мороз по спине.
– Боюсь, сейчас тебе некем будет его заменить. Раалу наверняка мертв или находится при смерти. Детей у них нет. Братьев тоже… кому ты доверишься, если погибнет последний моран из правящего рода?
Смерть подступила почти вплотную, но на этот раз я ее не боялась. В том числе и потому, что прекрасно помнила, как именно она отнеслась ко мне в прошлый раз. Не зло, хотя мы с ней и были давними соперницами. Без насмешки, хотя обе прекрасно понимали, что мой свет, будучи примерно равным ей по силе, находится в смертном теле, тогда как ее власть над мертвыми всеобъемлюща.
У Смерти нет возраста. У нее нет слабостей. Она никогда не заболеет и не состарится, в отличие от нас. Как бы мы ни пытались ее избежать, предупредить или обмануть, она всегда является в назначенный день и час. И всегда исполняет свои обещания, о чем мы, жрицы, знаем лучше кого бы то ни было.
Именно по этой причине я не собиралась с ней сегодня сражаться. И поэтому же вместо того, чтобы попытаться ее отогнать, еще больше приглушила исходящий от метлы свет и позволила Смерти легонько, на пробу, коснуться тяжело дышащего морана.
От ее невесомого поцелуя Таалу вздрогнул и распахнул глаза. При виде заполонившей все доступное пространство тьмы он глухо застонал, не хуже нас понимая, что происходит. Но потом увидел меня, и его лицо мучительно искривилось.
– Нора, я же сказал: уходи! Ты не должна ко мне прикасаться! Пожалуйста, Нора…
Я со вздохом опустилась перед ним на колени.
– Прости. Но я обязана попытаться залечить твою рану до того, как силы вернутся к тебе полностью.
– Нет! – рыкнул моран, попытавшись от меня отодвинуться, однако лишь обессиленно упал, поскользнувшись в собственной крови и издав еще один глухой стон. – Не смей!
– Ты умрешь, – бесстрастно подтвердила его опасения Смерть, когда я снова протянула руку и коснулась ножа.
– Все умрут, – спокойно откликнулась я, обвивая пальцами рифленую рукоять.
– Почему? – так же бесстрастно осведомилась Смерть, подступая еще на шажок и все настойчивее лаская кожу хрипло стонущего морана. Таалу был смертельно бледен, его пальцы бессильно скребли камни, но ни уползти, ни подняться, ни просто оттолкнуть меня он не мог. – Зачем ты это делаешь?
Я твердо посмотрела в колышущуюся возле моего лица тьму.
