Не представляю даже, кто бы рискнул хотя бы встать перед подобным выбором. Не говоря уж о том, чтобы сначала принять, а затем твердо следовать любому из принятых решений, каждое из которых так или иначе вынуждало его что-то терять.
– Простите, – прошептала я, поняв, что напрасно подозревала бывшего владыку в малодушии. – Я знаю, вы отдали бы ради нее все… все пережили бы и от всего отказались, если бы вас не держал долг. Вы мечтали оставаться рядом с ней, но были вынуждены отдалиться. Хотели хотя бы в горе ее утешить, но не смели даже подойти. Всем, что у вас имелось, вы пожертвовали ради ваших общих детей. И даже сейчас несете часть этого бремени, надеясь хотя бы так искупить вину перед оставшимися без матери сыновьями.
На потрескавшихся губах старика появилась вымученная улыбка.
– Я потерял все, что было мне дорого. Моя любовь умерла, не выдержав моей силы. Сыновья ненавидят меня за то, что я не сумел этого предотвратить. Живущая во мне Смерть с наслаждением дробит и обгладывает мои кости… но для своих детей я такой судьбы не хочу.
– Поэтому вы стали оракулом! – внезапно осознала я.
– Да.
– Поэтому все еще боретесь! Храните в себе часть этой силы и до последнего не желаете сдаваться!
– Больше мне ничего не остается, – согласно прикрыл веки старик. – Но мое время вышло, девочка. Я ждал только тебя. И теперь, когда ты здесь, наконец-то могу сказать самое важное… запомни: не бывает идеальных людей и идеальных моментов. Жизнь и Смерть – две силы, которые, хоть и противоположны по сути, при всем желании не способны жить отдельно. Оставь в этом мире одну лишь Смерть, и ее существование лишится смысла. А если избавиться от Смерти полностью, то избыток живых очень скоро начнет разрушать мир.
Я невесело улыбнулась:
– Две стороны одной медали…
– Бесконечно далекие друг от друга, но при этом неразделимые. Способные с легкостью друг друга уничтожить, но никогда не стремящиеся к этому.
– Я знаю. Нам сто раз говорили про это в храме, – прошептала, неловко утерев некстати выступившие слезы. – Но я до сих пор не понимаю, чего же вы хотите от меня?
– Хочу, чтобы ты подумала, чем твоя сила отличается от нашей. И почему, если Смерть настолько сильна, она время от времени позволяет Жизни одерживать верх.
Признаться, такого заявления я от него не ожидала. Но, прежде чем я открыла рот, оракул внезапно шевельнулся и, нащупав мою похолодевшую руку, на мгновение ее сжал.
– А теперь ступай, девочка. Больше мы с тобой не увидимся, потому что все ответы я тебе уже дал. Правда, понять их ты сможешь, лишь когда настанет твой черед встать перед выбором.
Когда я выбралась из шахты, у меня ощутимо подрагивали коленки, а перед глазами все расплывалось от усталости.