Автор
В зале особняка биография Роуз Уоррен рушится, когда она открывает дверь для своей дочери. С момента расплаканной переписки с Франклином у нее неотступно вспоминают его слова о приезде и принятии семьи, но Роуз отказывается даже слушать эти истории. Несмотря на холодную атмосферу и замкнутую обстановку особняка, Роуз чувствует непреодолимое желание рассказать все дочери....
— Работа твоей жены, да? Он не треснет, если мы ступим на него?
Неужели за двадцать лет соседства нога Каллахана ни разу не ступала на порог этого дома? Хотя Фрэнк, наверное, тоже никогда не был в их доме. Какая нелепая вражда!
Закери вошел в гостиную, неся свою жену на руках, и первое, что сказала Мэри, увидев Тиффани в элегантном наряде, было:
— Как я понимаю, обед вы сегодня не готовили?
Следующим вошел Коул с костылями Мэри в руке и при виде Тиффани застыл на месте. Джон оттолкнул его, чтобы пройти, но затем тоже остановился.
Тиффани несколько успокоилась, потому что с ними не было Хантера. Но возможно, ей не следовало надевать вечернее платье. Она не собиралась удивлять всех так сильно, просто хотела подчеркнуть, не облекая в слова, тот факт, что она не предназначена для жизни на ранчо в Монтане.
Она вежливо обратилась к Мэри.
— Добро пожаловать на ранчо Уорренов. У моего отца отличная кухарка.
— Теперь для нас будет готовить этот парнишка из Баффало, — сообщил Закери, усадив Мэри на ближайший стул.
— Моя мать прислала несколько поваренных книг. Возможно, они пригодятся Эндрю.
— Вы очень добры, — сказала Мэри.
— Вовсе нет. А теперь, пожалуйста, позвольте мне извиниться за…
Она осеклась, услышав снаружи поросячий визг. Они привезли Макса? Какой великодушный жест после того, что она сделала! Радостно улыбнувшись, Тиффани извинилась перед присутствующими и поспешила наружу. Она нашла Максимилиана привязанным к перилам веранды и подхватила его на руки, даже не задумавшись о своем наряде.
— Значит, Рыжик еще здесь? Еще не совсем исчезла?
Резко повернувшись на звук знакомого голоса, Тиффани впечаталась губами в губы Хантера. Конечно, он помог этому, схватив ладонью ее за шею и притянув к себе. Но Тиффани не остановила его, слишком остро сознавая, что, возможно, в последний раз ощущает вкус его губ. Это сделало поцелуй горько сладким!
Хантер притянул ее ближе, и поросенок, зажатый между ними, протестующе взвизгнул, приведя Тиффани в чувство. Она поспешно отстранилась, возбужденная и раскрасневшаяся.
— Спасибо, что привез мне Макса, — вежливо сказала она.
— Пришлось. Когда ты исчезла, он решил, что может занять мою комнату.
— Правда?
— Я впустил его вчера, но одной ночи оказалось достаточно.
