Автор
В окне зеркала он страстно поцеловал себя в ладонь, словно отыскивая ответ на вечный вопрос: как любовь может проскользнуть через простые узоры жизни? Его напарник, склонившийся над экраном для последнего доклада, лишь ухмыльнулся с легкой насмешкой. "И чего ты взял, что она на тебя запала?" — спрашивал он с долей скепсиса в тоне. Митек отчаянно шипел: "А она увидела! Она просто не могла не увидеть!"...
Паша, конечно, тот еще танк, но и я ж не железная. Невозможно же противостоять тому, что происходит со мной!
С самого начала происходило!
И он прав. Поразмыслив, я поняла, что везде, кроме, пожалуй, того первого злополучного раза, я была не против. Очень даже за была. И Паша, конечно, Носорог, но не дикое животное. И, если бы я, например, заорала в том же лифте: ""Насилуют"", то явно бы остановился. Но…
Я не заорала.
Он не остановился.
И в том, что происходило дальше, есть и часть моей вины.
Хотя, видит Бог, я старалась минимизировать.
Паша за эту нашу совместную неделю совершенно с другой стороны себя показал. Оказывается, он умеет слышать кого-то, кроме себя. Оказывается, он умеет нормально разговаривать и сопереживать.
Оказывается, он может быть чутким.
Ценить простые вещи, разговаривать с детьми. Он вполне нормально общался с сыном Марины Ремневой, даже чуть-чуть показал ему приемы из своих единоборств. Похвалил скупо, что парень далеко пойдет.
Ремневы мне, кстати, понравились. Простые и приятные люди, несмотря на статус и явное богатство. Марина делилась историями из своего прошлого, она, оказывается, продавцом работала в небольшом городке. До того, как туда, непонятно зачем, приехал Ремнев и увез ее. История современной Золушки. И очень милая история. Потому что Золушка явно счастлива.
Конечно, той же ночью, в спальне, мне Носорог показал, что, несмотря на дневную мимимишность, он как был деспотом наглым, так и остался. И ужасно стыдно утром было перед хозяевами. Я так никогда в жизни не кричала. Мне думается, что даже то, что мы в отдельном крыле ночевали, не спасло, очень уж Марина понимающе улыбалась за завтраком. А я краснела и немного дулась на довольного собой Пашу.
Он меня вообще часто краснеть заставлял в эту поездку. Совершенно бесцеремонный тип! И на этом фоне очень радовало, что больше я не попаду в те магазины, где мы покупали купальник и легкие вещи для поездки на природу. Потому что про секс в кабинках Паша не шутил. А уж про колесо обозрения и вспоминать стыдно.
Но приятно.
Вообще, Паша вел себя немного нехарактерно. Словно до этого был снеговик, а тут разморозился, человеческие черты приобрел.
