В темном зале клуба мужчина в дорогом костюме перепивает коньяк и погружен в воспоминаниях о прошлом, когда другой, более опытный мужчина внушал ему: "Не люби. Никогда не позволяй себе такое." Аромат алкоголя стекается по стенам клуба, создавая непробиваемую атмосферу роковой страсти и тайны....
"ЛЮБОВЬ ОЛИГАРХА
ПРОЛОГ
Безопасник Мирон Скифский сорвал с шеи галстук и швырнул его на кожаное кресло.
- Рассказывай.
- Чего рассказывать, Доля? Я думал, что я в корень охреневший, когда дело касается Лиды… Но Валгар… Там полный треш. Я ни разу не видел, чтобы мужика так крыло.
* * *Мужчина в дорогом костюме, уже основательно пьяный, сидел и вертел в руках стакан с почти допитым коньяком.
Перед глазами всплыла картинка из прошлого, где другой мужчина, в тот момент старше его сегодняшнего лет на пять, такой же пьяный, сидел, горько усмехаясь, и говорил ему: «Не люби.
Булат посмотрел на недопитую жидкость. Потом резко поднял руку и швырнул бокал в стену.
ГЛАВА 1
- Вот те крест, от них пахло кровью… И сами они в кровище были… Глаза злющие…
Угу, и ещё, наверное, у них имелись клыки.
Виктория опустила голову, скрывая улыбку, которая рвалась наружу.
Уже то, что девушка подслушивала, нехорошо, а если местные бабки решат, что она над ними насмехается или не верит – что намного хуже, ей не поздоровится. Житья не дадут.
- Баб Клав, ну что ты говоришь! Ты себя слышишь?! Какие такие мужики…
- Обычные! С руками и с ногами! Рыскали вокруг моего дома!
- Зачем он им сдался?
- А я поколе ведаю? Я проснулась, подошла к окну.
- Ага, и ты их прямо разглядела?
Надя, продавщица в местном и единственном магазинчике, в котором можно было купить лишь самое необходимое, никаких излишеств, деликатесов и вкусняшек, скептически хохотнула, отчего её грудь, не меньше шестого размера, обтянутая водолазкой, призывно колыхнулась.
- Вот те крест! – баба Клавдия быстро перекрестилась. – Вижуу, вижуу, по глазам твоим бесстыжим, что ты мне не веришь! Конечно, куда уж мне верить-то! А я, в отличие от некоторых, жизнь прожила! И застала те самые девяностые, когда мордовороты на тачках больших разъезжали и пушками вокруг размахивали! И эти, я тебе говорю, оттуда!
- Ой, всё! – махнула Надя, выкладывая на прилавок две кирпичика хлеба.
