— Ничего страшного, не переживайте, вчера девочка пожаловалась на несильную боль, мы ее обследовали, и я решил понаблюдать за течением беременности в условиях стационара. Алексис надо отдохнуть, ее нервы несколько расшатаны. Вы ссорились? Наберитесь терпения и постарайтесь ничем не огорчать будущую мать, ведь от состояния ее организма зависит здоровье и сила щенка.
— А как ребенок? И долго Алекс будет здесь… наблюдаться?
— Срок слишком маленький, чтобы можно было говорить предметно, но сейчас никаких предпосылок к беспокойству нет. Пока Алекс побудет под круглосуточным наблюдением две недели. Если за это время ничего неординарного не произойдет, я отпущу ее домой.
— Она сможет перенести перелет?
— Не знаю, пока рано об этом говорить. Но на вашем месте я бы не дергал женщину, дал ей возможность спокойно выносить, родить, ребенку окрепнуть. А потом уже затевал перелет.
Кирилл опустился на ближайший стул и закрыл лицо руками.
— Как я ее здесь оставлю? И сам не могу задержаться, я прилетел на два дня, у меня работа, ответственность!
— Вы же не чужим людям ее оставляете? Я уверен, мистер Старофф прекрасно позаботиться о дочери, и не допустит, чтобы с ними что-то случилось.
— Да, не чужим. Но ребенок должен родиться в клане!
— Это не принципиально, где он родиться, главное, чтобы родился здоровым. Поверьте, у нас такие разработки, такой опыт ведения беременностей! Да минимум половина волков, которых вы видите в Квебеке, без нашей помощи не родилась бы! Сейчас идите к Алексис и будьте с ней очень внимательны и нежны, она в этом очень нуждается!
Кирилл кивнул, встал и сделал несколько шагов, когда врач его окликнул:
— Еще — постарайтесь скорее поставить ей метку, это поможет вынашиванию.
Кирилл встал, сжав кулаки.
Метка! Чертова метка! Грис яростно взревел, показывая, что он скорее умрет, чем позволит ее поставить. Силой подавив бунт зверя, Демин покинул кабинет врача, и в сопровождении медсестры, перешел в жилой корпус.
Алекс ему обрадовалась, мило щебетала что-то, рассказывала, что купила, что-то просила. Он со всем соглашался, кивал и восхищался, а сам смотрел и не знал, что ему делать.
Она беременна, но ни слова о ребенке не сказала. Нет, когда он спросил — как? Алексис торопливо ответила, что все в порядке, и снова переключилась на описание Дня Канады, на который он опоздал.
Он просидел два часа, и так и не понял, что он чувствует к долгожданному ребенку. Грис свернулся клубком и на контакт не шел, никак не реагировал на Алекс и только глухо рычал, если Кирилл её обнимал или целовал.
А раньше относился к этому вполне равнодушно.
В резиденцию Амиро он вернулся еще более уставший и разбитый, чем вышел вчера из самолета.
— Как Алексис? — встретил его хозяин. — Вижу, устал.