Волки переглянулись и решились выяснить, что с альфой.
Травмы, хоть и, весьма, болезненные, опасности для жизни не представляли, но, видимо, потрясение было слишком сильное — Грис лежал без сознания.
Стас распорядился развернуть заднее сидение и перенести туда альфу, а сам отправился смотреть, что же довело Демина до такого состояния.
Посмотрел и сам еле сдержался, чтобы не завыть и не броситься крушить все вокруг.
Убили! Луну убили! А, ведь, она ждала щенков!
От желания немедленно найти и разорвать того, кто такое сотворил, темнело в глазах, и, сам по себе, начинался оборот.
Стас вернулся к остальным оборотням и, вкратце, рассказал, что увидел. Волки на глазах ощетинились, взъерошились и засверкали зубами.
Кто? Кто мог такое сотворить???
Звери рассыпались по хутору, тщательно пронюхивая каждый сантиметр, на брюхе проползли вокруг, заглянули под каждую травинку — убийцы были осторожны и никаких следов не оставили. Ни отпечатков, ни запаха, ни оброненных вещей.
Через полтора часа, когда Кирилл, не только пришел в себя, но и мог внятно изъясняться и адекватно воспринимать информацию, Стас доложил результаты проделанной работы.
— Ни молекулы нет, альфа, — закончил он. — Волков было трое, приехали на машине. Тело увезли с собой. Сначала, я подумал, что бросили в выгребную яму, там, сверху, плавал второй тапочек, но в яме ничего, кроме дерьма, не нашлось.
— Никаких шансов найти тело? — глухо спросил Дёмин.
— Жизни не хватит, чтобы проверить каждый куст и каждую ямку. Они могли закопать её через десять километров, могли — через пятьдесят. Или — через три. Причем, мы не можем установить, в какую сторону они уехали. Мне так жаль…
— Тапочки… Возьми тапочки.
— Уже, альфа. Который из выгребной ямы, немного полили водой и завернули в два пластиковых мешка.
— Кровь… Место, где… Закопайте. Сарай завалить и поджечь.
Старое, сухое дерево занялось мгновенно.
Кирилл стоял и смотрел на огонь, прощаясь. У него что-то оборвалось в душе, что-то такое, важное и нужное, без чего он не мог дышать полной грудью. Грис свернулся клубком, спрятав голову, и ни на что не реагировал.
Раньше, когда он считал волка бесправным приложением, его это бы только порадовало. Но, за последнее время, он научился жить не рядом с волком, а вместе, и это оказалось настолько замечательным, что Кирилл чувствовал, как остро не хватает ему участия зверя. Может быть, вдвоем им было бы легче пережить горе?
Мужчина стоял, пока сарай полностью не догорел, пока не погасло пламя, оставив только, пышущие нестерпимым жаром угли.
— Залейте водой, — тихо бросил он Стасу. — Не хочу, чтобы случился пожар, ветер может раздуть.
В машины волки сели, изрядно, пропахшие дымом, местами испачканные и злые.
Горе от потери самки и щенков — ни с чем не сравнить.